Массовые беспорядки в Кишиневе - дети против мужиков

Паспортный контроль в кишиневском аэропорту затянулся – таможенники специально  оставили только два работающих окна: хотели подробнее изучить  людей, прилетевших из  Москвы в охваченную беспорядками республику.

Впрочем, очередь на паспортный контроль почти полностью состояла из журналистов – российских и западных, с редкими вкраплениями гастарбайтеров потерявших работу из-за кризиса. Особо пристальным вниманием таможни пользовались молодые люди неформального вида, в  одежде которых были элементы военной униформы. 

Так на Западе, одевается протестный электорат – леваки, анархисты, антиглобалисты, движущая сила любых массовых беспорядков. Из очереди выдернули и проводили на личный досмотр длинноволосого романтического юношу, правда, он оказался журналистом одного западного телеканала. 

Вместе с нами в Кишинев прилетел Илья Барабанов, муж «музы молдавской революции» Натальи Морарь. Влюбленные супруги, которых разлучило коварное ФСБ, (Наталье Морарь год назад был запрещен въезд в Россию) страшно тосковали друг по другу в Интернете, и тысячи людей вместе с ними переживали их трагическую любовь… Каково же было наше удивление, когда  Илья Барабанов поселился с нами в одной гостинице, а не поспешил к молодой жене. По его словам, в Молдавии начались репрессии, с Натальей Морарь у него нет связи с четырех утра,  и оппозиция руководит свержением «коммунистического режима Воронина» из подполья.

Фактически же, репрессии против оппозиции  вылились в задержании 200 участников беспорядков  и более строгом контроле на границе с Румынией. С утра, на одном из пограничных постов завернули два автобуса с румынской молодежью, которая ехала в Кишинев поддержать революционеров.  Посол Румынии  был объявлен персоной нон-грата, а молдавский вернулся домой из Бухареста. Также Молдавия ввела визовый режим с Бухарестом, и теперь румынам за визу придется выложить 35 евро. В остальном, репрессий мы как-то не увидели. 

Запах революции

От наполовину сожженного комплекса  правительственных зданий тянуло горелым пластиком, а на площади продолжался бессрочный оппозиционный митинг. Люди, затеявшие «кафельную революцию» ( или, по другой версии - революцию «черных повязок») оказались стратегами с гибким мышлением – в этот раз «оранжевые» сценаристы сделали ставку даже не на молодежь, а на подростков. 

И это отчасти объяснило вялое противодействие милиции вандалам.  Один из карабинеров,  который  вчера не смог отстоять парламент от восставшего народа, сказал нам горькие слова:

- Вот вижу, бежит на меня мальчишка, в темных очках, как у Бэтмена,  в руке камень, фильмов насмотрелся! И я на него смотрю и понимаю – сейчас его ударю и сами себя унижу!

Впрочем, мальчишки о терзаниях взрослых мужиков вряд ли задумывались. На площади Великого национального собрания, у здания правительства шел бессрочный митинг юной оппозиции.  Здоровенные мужики в черной форме, стояли шеренгами на летней жаре и с какой-то тоской смотрели на происходящее. Мы не увидели в их глазах большой уверенности, злобы, желания карать и разгонять. Народ на площади прибывал с каждой секундой. Ораторы сменяли друг друга. Выступали молдавские оппозиционные поэты, и толпа тут же раздергивала их стихи на речевки.

Митинг у разгромленного парламента Фото: Дмитрий СТЕШИН

- Коммунисты вон!

-ВООООН! – отвечала толпа.

Один из оппозиционеров обратился  к народу на русском языке. Реакция последовала незамедлительно:

- ФУУУУУ!

Но оратор тут же нашелся:

- Воронина в отставку!

Стоявший рядом с журналистами КП один из оппозиционеров объяснил, что все равно, на каком языке требовать отставки ненавистной власти. По-видимому, он хотел как-то сгладить впечатление от этой, не очень красивой сцены.  Коротко, мы переговорили с  «умеренным» оппозиционером, Председателем коллегии адвокатов Молдовы Георгием Амихалакиоаие.

- Поймите, Румыния тут совсем не причем. Я сам румын, но живу в Молдавии. Люди говорят разное, люди могут говорить все что угодно, но у них есть одна общая цель – убрать эту власть, добиться честных выборов. Мы восемь лет жили под  диктатурой коммунистов! Среди лжи и фальсификаций!

Нам было очень интересно услышать про конкретные примеры вопиющих нарушений на выборах молдавского Президента. Тем более, в толковании одного из ведущих юристов страны. К сожалению, Георгий Петрович не владел вопросом в полной мере. В качестве примера узурпаторского поведения нынешней власти, он привел нам голосование молдавских гастарбайтеров  в Италии по открепительным талонам. 

По его данным, молдаване, работающие на чужбине, кандидатуру Воронина отвергли наотрез, а по данным коммунистов, за президента Воронина проголосовало 90 % из четырех тысяч «итальянских» молдаван. К сожалению, чутье нам подсказывало, что в данном случае лукавили обе стороны. Хотя, проблема гастарбайтеров для Молдавии одна из самых серьезных. Республика практически обескровлена – все золотые руки и золотые головы  давно уже работают на благо других государств. Кстати, по мнению знающих людей – основной состав  протестующей молдавской  молодежи  это безотцовщина, дети гастарбайтеров. И свержение Воронина, как шаг на пути в Евросоюз – единственная возможность вернуть родителей домой.

Возможно, это всего лишь трогательная, берущая за душу  пропагандистская сказка, запущенная в народ «оранжевыми  политтехнологами». Вот только объемы трудовой миграции из Молдавии  говорят об обратном – поколение «детей гастарбайтеров»  не вымысел, а печальная реальность. В отличие от совершенно «плюшевой» молдавской диктатуры.

Властям ничего не стоило оцепить свой молдавский Тяньанминь, но вместо этого кровавые коммунисты предпочли уныло созерцать, как на площади «Великого национального собрания» опять накапливается кипящая масса из юношей и подростков.  Кто такие коммунисты,  внятно объяснить нам так никто и не смог.

Зато  про европейские ценности и вхождение в Евросоюз, ребята говорили много и охотно. 

Между тем, у разграбленного здания парламента шел маленький импровизированный митинг. Перед 20-тью слушателями пылко выступает пожилая женщина: «Коммунисты уничтожили мой дом, мою семью, мою жизнь! Пусть теперь на своей шкуре прочувствуют, что такое потерять все.» За оцепление протестантов не пускают. Увидев у  корреспондентов удостоверения «Комсомолки», для нас делают исключение.

Поднимаемся по скрипящим под ногами стеклам в фойе, в нос ударяет запах сырой гари и плавленого пластика. На полу валяются сломанные стулья и скамейки, окровавленные комья туалетной бумаги. На чудом уцелевших креслах сидят здоровые парни в «гражданке». На их шеях сине-желто-красные ленточки, перевязанные национальным гербом. Именно этот «кулон» отличает их от митингующих на площади у здания правительства. Герб – это единственное отличие между флагами Молдавии и Румынии.

Разгром в парламенте: на полу валяются сломанные стулья и скамейки, окровавленные комья туалетной бумаги Фото: Дмитрий СТЕШИН

На рукавах у мужиков белые повязки. Да-да, точно такие же, что использовали российские военные и в Чечне, и в Южной Осетии как «систему опознавания свой-чужой».  Мимо проходит парень в бинтах, переносица залеплена пластырем, глаза кровавые от лопнувших сосудов, а само лицо  отечное, иссине-желтое. Мы бросаемся к нему с вопросами:  вы были здесь вчера? Вы – ополченец? Он не то что отмахивается от нас, просто не может нормально говорить, по-видимому, у него сильнейшее сотрясение мозга.

- Мы добровольцы, - подходит к нам коренастый мужчина. – Со вчерашнего дня тут сидим.

Знакомимся. Виктор Алергуш, председатель Союза ветеранов «Святой Георгий Победоносец».

- Здесь ребята и в Афгане повоевавшие, и в Приднестровье, с молдавской стороны, - уточняет Виктор и добавляет. – При этом ребята из Приднестровья тоже предлагали свою помощь. Вот ведь парадокс. Кстати тут и русские есть человек 30. Языка не знают, мы их выше этажом определили.

«Афганец» ведет нас по коридорам. На стенах – незатейливые граффити «Смерть коммунистам», «Румыния», «Победа», «Свободу!». Из разбитых окон на ветру развиваются сорванные жалюзи, кругом разбитая мебель, стекла, канцелярка… Погром здесь действительно был тотальный. Ни в одном помещении нет «живого места».

Из разбитых окон на ветру развиваются сорванные жалюзи, кругом разбитая мебель, стекла, канцелярка… Погром здесь действительно был тотальный Фото: Дмитрий СТЕШИН

- То, что штурм их был спонтанный – полная брехня, - утверждает Виктор. – Все было сделано тактически грамотно, в три волны. Первая - одновременно здание подпалили с шести сторон, закидали «коктейлями Молотова». Тут ОМОН был, они задыхаться начали. А народ озверевший, не выпускает их. Мы-то в гражданке тут были, своими силами организовали им коридор, вывели парней. Съездили за пожарными, уговорили толпу пропустить, потушили пожар. И тут пошла вторая волна – мародеры-погромщики. Какие на хрен студенты, там мелькали лица, недавно с тюряги откинувшиеся. А среди них, представляете, дети. Не подростки, а именно звиздюки лет по 10-12. Тащат кто компьютер, кто принтер, кто телевизор… Ну не воевать же с ними, да и силы были не равны. Сегодня мы подготовились основательней.

Ни в одном помещении нет «живого места» Фото: Дмитрий СТЕШИН

Парламент действительно обнесли двойным оцеплением, внутри – усиленные наряды ОМОНа. Многие на ногах третьи сутки, поэтому, то тут, то там на подоконниках попадаются спящие мертвым сном полицейские, навевая нездоровые ассоциации.

Отойди всего пару кварталов отсюда, и о вторничных событиях не напомнит ровным счетом ничего. Обычная, будничная жизнь. Однако здесь атмосфера остывать и не думала. Защитники парламента всерьез готовятся к новому штурму, хотя смысл его и непонятен – все что можно было разграбить и сжечь уже разворовали и спалили.

- Здание парламента им важно, прежде всего, как символ, - сказал нам на прощание Виктор Алергуш. – И вчера они обещали вернуться с оружием. Но сегодня мы подготовлены лучше.

Ветеран похлопал себя по поясу, там, в кобуре, лязгнул пистолет.

Если у вас есть фото, которые, на ваш взгляд, должна видеть общественность, - высылайте на daria@kp.md