Святослав Вакарчук о своем новом проекте «Брюссель»: «Музыка – не брачные отношения, можно себе вольности позволить»Комментарии: 3

Чтобы предъявить публике проект под названием «Брюссель», фронтмен «Океана Эльзы» Святослав Вакарчук устроил в декабре онлайн-трансляцию живого концерта на YouTube. Между прочим, первым из музыкантов на постсоветском пространстве. Интерес к «внебрачному» проекту Вакарчука зашкалил: онлайн-трансляцию смотрели больше 100 тысяч человек! А 11 марта Минск увидит «Брюссель» вживую. Первым из других городов тура. О подробностях Вакарчук рассказал лично: на днях он с «Океаном Эльзы» приезжал в Минск выступить на корпоративе, и выкроил полчаса на общение с прессой. Условие было одно: никаких вопросов об «Океане Эльзы»…

В холл отеля он вышел в компании с гитаристом Петром Чернявским, который в проекте "Брюссель" выступил в роли бас-гитариста, с небольшим опозданием, зато в отличном настроении. И даже нежелательные вопросы об «Океане Эльзы» его не испортили.

«Океан Эльзы» - наш надежный тыл»

- Давайте я вам сперва расскажу о «Брюсселе», а потом вы у меня спросите об остальном, - предложил музыкант. – Этот проект - это некие творческие порывы, которые захотелось осуществить не в рамках «Океана Эльзы». Сразу скажу, с «Океаном Эльзы» все хорошо, мы играем и, я надеюсь, будем еще очень долго играть вместе, мы готовим новый альбом, и у нас куча планов. Но мне захотелось поэкспериментировать с музыкантами, которых я считаю хорошими.

- В чем отличие от того, что было раньше?

- Понимаете, человеку, который привык ходить в джинсах, иногда хочется надеть костюм. Я не сравниваю «Океан Эльзы» и «Брюссель» с джинсами и костюмом, просто говорю, что иногда хочется сделать по-другому. Ну, например, у нас необычная ритм-секция, самая необычная на том пространстве, которое вы называете постсоветским.

- В этом альбоме, кстати, есть частичка белорусской культуры тоже, - вставил Петр Чернявский. -  Там есть такие распевные кусочки, мы их называли: «Начинаются «Песняры».

- Вы первыми устроили онлайн-трансляцию концерта на постсоветском пространстве…

- Я слышал, первым был Большой театр, но, к удивлению, нас посмотрело намного больше людей. Видимо, потому что все, кто хотел увидеть представление в Большом театре, пошли туда. А у нас студия вместила всего 30 человек. Было несколько фанов, которые выиграли приглашения на этот концерт. А также журналисты и сотрудники канала М1, который обеспечивал трансляцию. Из приглашенных известных людей пришел почему-то один Савик Шустер. Было на самом деле интересно. Петь просто в камеру мы бы не смогли. Я в момент концерта не ощущал, что нас смотрят 100 тысяч человек. Я перед такой аудиторией выступал на самом деле, там энергетика сумасшедшая. А тут кажется, что все очень интимно, а на самом деле много людей.Меня поразила статистика, где нас смотрели. Допустим, во Владивостоке смотрели, у них в это время была полночь - нормально, для молодых людей самое время. Но кто-то смотрел это в Калифорнии, там было шесть часов утра! Вот это меня привело в восторг, честно.

- Другие участники «Океана Эльзы», которые остались за бортом этого проекта, не обиделись на вас?

- Почему вы говорите, за бортом? «Океан» – это и есть то, что за бортом. Не думаю, что обиделись. Да, есть у нас в группе разные шуточки на эту тему, но это добрая ирония.

- «Океан Эльзы» - это наш надежный тыл, таких друзей в группе мало кому повезло иметь, - добавил Чернявский.

- Но они не говорили: «Ребята, почему нельзя это сделать новой программой «Океана Эльзы»?

- Говорили. Наверное, многие из этих песен действительно могли бы войти в репертуар «Океана Эльзя», а может, и войдут когда-нибудь. Но творчество  – оно достаточно иррационально. Может, это связано с тем, что мы долго были в турах и играли одну и ту же музыку. Может, мне захотелось какого-то творческого разнообразия. Слава богу, музыка – это не брачные отношения, можно себе некоторые вольности позволить.

«Никто не будет тебя так любить, чтобы платить за тебя везде»

- Вы сделали «Брюссель» из желания заработать или наоборот, появилась хорошая возможность потратить деньги?

- Если посчитать все потраченные деньги, то этот проект вряд ли можно назвать желанием заработать.

- Вы вошли в сотню самых влиятельных людей Украины. Любопытно, на что может повлиять музыкант?

- Я в этот список давно уже вхожу, и чем дальше, тем меньше там людей искусства и тем больше чиновников и политиков. И это обо всем говорит. Если говорить о том, могу ли я решить какой-то вопрос, то я, наверное, и в тысячу влиятельных людей не вхожу. Если говорить и влиятельности более тонкой, то мало кто из политиков и чиновников может сравниться по влиятельности с известными спортсменами, музыкантами, людьми искусства. С другой стороны, мне это все равно, честно. Как определить, кто влиятельнее – известный футболист, музыкант? У каждого своя степень влиятельности. Когда-то давно, когда я впервые туда попал, я был очень горд собой. Первый раз всегда интересно.

- Сейчас мы говорим с вами на русском, в «Брюсселе» вы поете на украинском и английском. На каком языке вам легче всего выражать свои мысли?

- На украинском, безусловно. Английский для меня – это так, повыделываться.

- Вы помните свой первый визит в Минск?

- Помню. Не очень приятный. Организатор нашего концерта оказался, образно говоря, героем фильма Вуди Аллена, не очень хорошие впечатления оставил. Но сам концерт прошел отлично. Это был Дворец спорта.

- Вы давно жили в гостиницах, звезды на четыре ниже этой, где мы с вами беседуем?

- Недавно. На эти новогодние каникулы мы путешествовали по Тайваню, в разных местах останавливались, иногда это были очень скромные условия. Бывает, мы приезжаем в какие-то города в России, где просто негде жить. Так что, туда не приезжать? Тараканов в номерах нет, и слава богу. Конечно, мы можем себе позволить сегодня надувать щеки немного больше, чем когда были начинающими музыкантами, но мы не наглеем. Не требуем ничего сверхъестественного. Нам нужна качественная аппаратура в зале, хорошая гостиница и хорошая логистика.

- На гастролях артисты за что платят?

- Зависит от того, как договоришься. Есть условия контракта, по которому ты за все платишь сам - от аренды аппаратуры и самолетов до гостиницы. Мы так чаще всего и работаем. А иногда наоборот, ни за что не платишь.

- На сумму гонорара это влияет?

- Конечно, это же экономика. Вы думаете, кто-то будет тебя бескорыстно любить? Никто не будет тебя так любить, чтобы платить за тебя везде. Это же бизнес, не надо так романтично смотреть на это.

- Еще в прошлый ваш приезд в Минск хотелось узнать, но тогда не случилось. Вот вы волосы коротко подстригли. Это с чем связано? У женщин, говорят, это к переменам в личной жизни. А у мужчин?

- Чисто возрастные изменения. Я, кстати, думаю о том, чтоб еще раз вернуться к длинным волосам. Не сейчас, годика через два.

- А еще я седину вижу. Вас она не расстроила, когда появилась?

- Мне 36 лет, у многих мужчин к этому времени вся голова седая, мне еще повезло по сравнению с многими. Ну, можно покраситься, но зачем? Давайте спросим, кого седина смущает? Окажется, что никого. Даже наоборот.

«Без пафоса - Минску очень повезло»

- Над названием проекта думали или случайно так получилось?

- Это было моим волюнтаристским решением. Вначале у нас было чисто музыкальное название «96,7». Но оно лишено всяческих двойных смыслов, а я не могу отказать себе в удовольствии поиграть с названием. Брюссель - город, где мы записали за две недели этот альбом.

- И как вам в Брюсселе жилось?

- Мне отлично. По вечерам выходили иногда в местные бары, один раз выбрались в ресторан, в центр. А вообще редко выходили из нашей студии. Представьте себе студию, где есть все. Во-первых, она экипирована прекрасно с точки зрения музыкальной, мало где в Европе в студии есть куча инструментов. Там было все, что хочешь. Во-вторых, там была своя кухня вкусная, на ней девушка, которая готовила и пела все время по-французски, пела не в ноту, но так искренне! Мне она напоминала по напору Эдит Пиаф. Плюс бассейн, плюс дворик. Место, где мы жили, хоть и называлось гостиницей, но ничем ее не напоминало. Это старый арт-нувошный дом с соотвествующими дизайнерскими решениями внутри. Например, у меня в комнате был камин. Я его не зажигал, но он был. Диваны, свечи с канделябрами. Все располагало…

- Тогда понятно, почему «Брюссель»… Это действительно разовый проект?

- Жизнь у «Брюсселя» будет короткая, это точно, чуть длиннее, чем у мухи дрозофилы. Мы изначально договаривались так, потому что у каждого очень много своих планов и проектов, у Сережи Бабкина их вообще где-то семь. Мы договорились, что половину марта мы отдаем на репетиции и пару концертов, весь апрель концерты и, может, российские концерты продлятся чуть больше. Получается, к лету «Брюссель» закончится. «Океан Эльзы» в Минск приезжал, приезжает и будет приезжать. А вот «Брюссель» - не уверен. А насчет разового проекта… Кто его знает, может, мы потом соберемся и сделаем «Амстердам», или «Брюссель 2», или «Гаагу», или «Минск»…

- А как получилось, что Минск первым в туре?

- Это скажите «спасибо» минским организаторам. В апреле у нас дат уже не было, в марте у всех групп своих гастроли. Нашли один свободный день. Без пафоса - Минску очень повезло. Первые эмоции самые сильные.

CПРАВКА «КП»

Святослав Вакарчук собрал в «Брюсселе» лучших музыкантов, среди которых не только участники группы «Океана Эльзы», но и старые друзья артиста. В итоге в состав коллектива, кроме него, вошли: Сергей Бабкин (бэк-вокал, гитара и флейта, музыкант, актер и исполнитель собственных песен), Петр Чернявский (бас-гитара, хотя в «Океане Эльзы» он играет на гитаре); Дмитрий Шуров (клавишные, экс-участник «Океана Эльзы», работал с Земфирой над альбомом «Спасибо»); Максим Малышев (барабаны, принимал участие в записи альбомов большинства известных украинских исполнителей). В качестве саундпродюсера выступил клавишник «Океана Ельзи» Милош Елич.