Звезды

Пять знаменитых фотографий, запечатлевших ХХ век

Кадры, за которыми стоит история столетия
«Поцелуй у Парижской ратуши» Фото: dpa/ТАСС

«Поцелуй у Парижской ратуши» Фото: dpa/ТАСС

«Поцелуй у Парижской ратуши»

В 50-е годы американцы страшно увлекались Европой - особенно Италией и Францией, а в первую очередь - Парижем. «Город света» представлялся им еще и городом свободы и любви: там молодежь запросто целовалась на улицах, что в пуританской Америке было, мягко говоря, не принято. В марте 1950 года выдающийся фотограф Робер Дуано сделал серию фотозарисовок по заказу журнала Life. Заголовок в номере от 12 июня гласил: «В Париже молодые влюбленные целуются, где хотят, и никто не обращает на это внимания!»

В подборке оказался и «Поцелуй у Парижской ратуши», с подписью «Это был короткий поцелуй, «быстрый поцелуй», по словам фотографа». Тогда никто не счел этот снимок особенно примечательным на фоне других, но 36 лет спустя Дуано предложили выпустить фотографию отдельно в виде постера. Он не очень понимал, зачем, и почему именно эту, но дал согласие. И вот тут успех был поистине ошеломительным: с тех пор «Поцелуй» считается одной из самых знаменитых фотографий в истории и символом Парижа, «города влюбленных».

Тогда же, в середине 80-х, на фотографии опознали себя Жан и Дениз Лавернь. Они ошибались, но любезный Дуано все равно пригласил эту пару на обед, мило с ними пообщался и не стал разрушать их мечту. Встреча была очень теплой. А после нее супруги подали на Дуано в суд, требуя компенсации за то, что он сделал снимок без их согласия, вторгнувшись таким образом в их личную жизнь. Только тогда Дуано рассказал, кто на самом деле изображен на фото: это были молодые актеры, 23-летний Жак Карто и 20-летняя Франсуаза Дельбар. Заметив, как парочка целуется на улице, Дуано подошел к ним и попросил разрешения их снять. Жак и Франсуаза легко согласились. Дуано сфотографировал их на улице Риволи, на площади Согласия и, наконец, у ратуши Отель-де-Виль. По воспоминаниям Франсуазы, они даже специально не позировали - все равно в тот момент гуляли и только и делали, что целовались. Вскоре Дуано подарил Дельбар сделанный специально для нее отпечаток со своей подписью. 55 лет спустя она продала его на аукционе за 155 000 евро.

Ну, а ее отношения с Жаком Карто, увековеченные фотографом, продлились меньше года - в том же 1950-м влюбленные навсегда расстались.

«Радостный порыв». Фото: Associated Press/EAST NEWS

«Радостный порыв». Фото: Associated Press/EAST NEWS

«Радостный порыв»

17 марта 1973 года группа военнопленных, томившихся в северовьетнамских лагерях, была доставлена на базу ВВС в Калифорнии. Пленных было всего 20, а встречало их 400 человек родных и близких. Подполковник Робер Л. Стерм произнес речь от лица всех прибывших. А фотограф Associated Press Слава Ведер после этого заметил, как к нему бегут члены его семьи. Сделал несколько фотографий, за полчаса их проявил и напечатал (импровизированную фотолабораторию устроили в женском туалете аэродрома), отправил в агентство…

И через несколько месяцев получил Пулитцеровскую премию. Снимок, на котором к подполковнику мчится с распростертыми объятьями его 15-летняя дочь Лорри, стал для американцев символом того, что проклинаемая всеми война во Вьетнаме наконец-то окончательно завершилась.

Но для самого Стерма встреча с семьей была омрачена. В тот самый день, когда его освободили (и за три дня до прибытия на родину), он получил письмо от своей жены Лоретты: та уведомляла, что от него уходит. Оказалось, за те пять с половиной лет, что подполковник находился в плену, его супруга встречалась с разными мужчинами, причем трое предлагали ей руку и сердце. В 1974-м развод был оформлен, и вскоре Лоретта вновь вышла замуж. Все дети Стерма, когда выросли, повесили у себя в домах на видном месте фотографию, получившую название «Радостный порыв». А сам он признался, что так и не смог заставить себя это сделать.

«Прыжок в свободу». Фото: dpa/Global Look Press

«Прыжок в свободу». Фото: dpa/Global Look Press

«Прыжок в свободу»

Было 15 августа 1961 года, Берлинскую стену только на днях начали сооружать, она пока в основном представляла из себя мотки колючей проволоки на асфальте. 19-летнего пограничника из ГДР Конрада Шумана послали охранять один из участков строительства. А тем временем фотограф Петер Ляйбинг вместе с другими наблюдал с западноберлинской стороны за работами по возведению стены, заметил, что какой-то солдатик мнется и начал следить за ним. Многие поняли, что он готовится перепрыгнуть через проволоку, начали кричать ему «Прыгай!» И он, наконец, решился - а Ляйбинг запечатлел прыжок Шумана на пленку. Конрад стал первым из беглецов, с риском для жизни пересекших Берлинскую стену. А кадр стал одним из символов Холодной войны и противостояния Востока и Запада.

После побега Шуман осел в Баварии, нашел работу - сначала на винодельне, потом на автозаводе, женился, у него родился ребенок. Падению Берлинской стены в 1989-м он очень обрадовался, сказав, что только в этот момент почувствовал себя свободным по-настоящему. Однако с родными, которых оставил в ГДР, встречаться не торопился: Бавария уже стала для него новым домом.

А в 1998-м жена нашла его мертвым в саду: он покончил с собой, страдая от депрессии. Впрочем, вряд ли она была связана с тем давним побегом из одной Германии в другую.

Джесси Оуэнс на Олимпиаде в Берлине.

Джесси Оуэнс на Олимпиаде в Берлине.

Фото: EAST NEWS

Джесси Оуэнс на Олимпиаде в Берлине

Адольф Гитлер очень рассчитывал, что большинство медалей на Олимпиаде в Берлине в 1936 году завоюют немецкие атлеты: это подтвердило бы миф, что те принадлежат к «высшей» арийской расе. Негров, как и евреев, Гитлер, как известно, за людей не считал. И был очень разочарован, что главной звездой Олимпиады стал 22-летний чернокожий американец Джесси Оуэнс. Он получил четыре золотые медали: в беге на 100 метров, в беге на 200 метров, в эстафете 4х100 метров и в прыжках в длину. Оуэнс к тому моменту уже был знаменит, с самого момента прибытия в нацистскую Германию его окружали местные фанаты, и белокурые девушки были от него в восторге, как от рок-звезды. Конечно, и это нацистов бесило.

После соревнований Гитлер должен был или поздравлять всех победителей, или не поздравлять никого. Из-за Оуэнса он выбрал второй вариант и просто уходил со стадиона. Альберт Шпеер, архитектор № 1 Третьего рейха, вспоминал, что победы Оуэнса вызывали у Гитлера дикое раздражение. Лишь со скрипом фюрер нашел объяснение, кое-как согласующееся с нацистской идеологией: «Люди, чьи предки жили в джунглях, примитивны и более сильны и выносливы, чем цивилизованные белые. Это недобросовестная конкуренция, и цветных не следует допускать к участию в будущих Олимпийских играх».

При этом Оуэнса не поздравил и тогдашний президент США Франклин Делано Рузвельт. Во всяком случае, не стал приглашать в Белый дом, чтобы отметить его сенсационную победу. Логика очевидна: «Он же цветной!» В Нью-Йорке в честь Оуэнса устроили парад, но после него не пустили через центральный вход в отель «Уолдорф Астория», где проходил торжественный прием: этот вход был только для белых. Ему пришлось пробираться в отель окольными путями и подниматься на этаж, где проходила вечеринка, в грузовом лифте. Америка образца 1936 года в этом смысле оказалась даже более расистской страной, чем нацистская Германия: там Оуэнсу хотя бы разрешали жить в отелях вместе с белыми спортсменами.

На этой фотографии Оуэнс отдает честь американскому флагу, в то время как занявший второе место в прыжках в длину немец Луц Лонг зигует, а бронзовый призер, японец Наото Таджима ничего не делает.

«Теннисистка». Фото: FOTODOM /Shutterstock

«Теннисистка». Фото: FOTODOM /Shutterstock

«Теннисистка»

Никакого отношения к спортивной фотожурналистике эта карточка не имеет: в сентябре 1976 года молодой английский фотограф Мартин Эллиот сделал ее специально в расчете на то, что получится пикантный постер. На картинке изображена его девушка, 18-летняя Фиона Батлер. Платье было специально сшито другой знакомой Эллиота, она же одолжила фотографу ракетку и мячики (которые вообще в ее доме служили игрушками для собак). А в награду за труды получила коробку конфет.

Эллиот вспоминал, что фотосессия прошла на теннисном корте университета Бирмингема и закончилась очень быстро: он отщелкал всего одну катушку пленки, то есть 36 кадров. Самые удачные послал в издательский дом Athena. Один кадр сначала использовали для календаря, а потом, как и предполагал автор, отдельно напечатали в виде плаката. Но никто и не думал, что разойдется он общим тиражом в 2 миллиона экземпляров.

Фиона Батлер спустя годы на фоне своего исторического снимка. Фото: FOTODOM /Shutterstock

Фиона Батлер спустя годы на фоне своего исторического снимка. Фото: FOTODOM /Shutterstock

Отношения между Мартином и Фионой закончились через три года после этой сессии. Фотограф, для которого эта карточка стала главной удачей в жизни, умер в 2010-м от рака, а модель жива, работает юристом и говорит, что ничуть не жалеет, что снялась тем жарким днем после обеда без трусов. Не жалеет даже, что этот постер лично ей не принес никакой финансовой прибыли. И она, и ее муж, и трое их детей относятся к снимку совершенно спокойно. А платье, в котором фотографировалась Фиона, в 2014 году было продано той самой портнихой-любительницей, которая его сшила, на аукционе за 15 000 фунтов стерлингов, и ныне находится в музее Уимблдона.