2018-02-21T14:30:00+03:00

Богомолов останется Богомоловым

Так утверждают люди, хорошо знавшие автора романа «В августе сорок четвертого...»
Поделиться:
Комментарии: comments11
Изменить размер текста:

Мы не в первый раз возвращаемся к этой истории с «белыми пятнами» в биографии писателя-фронтовика, чьи книги о Великой Отечественной стали золотым фондом нашей литературы. История эта вызвала горячий интерес. В полемику с «Комсомолкой» вступил ряд изданий.

Сегодня мы предоставляем слово тем, кто считает, будто газета незаслуженно обидела Богомолова, занявшись поиском «момента истины» в его жизненном пути, - и не вычеркиваем строк, где нас обвиняют, зачастую, уверены, незаслуженно, чтоб подчеркнуть еще раз: «Комсомолка» - объективная газета.

Возможно, наша ошибка была лишь в том, что, выслушав людей, которые знали Богомолова в детстве, встречались с ним после войны, мы сразу вынесли их воспоминания на страницы газеты, не подтвердив это документально. Но, к счастью, эту ошибку можно исправить, и мы исправим ее, продолжая поиск истины.

В номере «КП» от 7.04.05 в статью Ольги Кучкиной под названием «Ложь и правда про писателя Богомолова» было включено письмо на эту тему публициста Хуана Кобо. Он посчитал, что сокращения исказили текст, а также добавил к прежним новые факты и размышления. Истина в деле Богомолова для «КП» очень важна, и поэтому мы еще раз дали слово автору.

Прежде всего должен напомнить, что мое письмо было ответом на статью Ольги Кучкиной «Кем был на самом деле писатель Богомолов?», опубликованную в «КП» 24.02.05. Эта статья, по моему твердому убеждению, является оскорбительной по отношению к честному человеку и большому писателю, который не может на него ответить, так как его уже нет в живых.

В той статье, как и в последующей, от 7.04.05, упор делался на том, что ею движет только одно - «потребность установить истину», ни в коем случае не принижая будто бы уважаемого писателя, а из желания в интересах читателей «уточнить» некоторые детали его биографии.

Искать новые и, возможно, действительно интересные моменты в биографии любого человека на самом деле вполне допустимо (хотя очень важно, как и для чего это делается). НЕ ИСКЛЮЧАЮ, что такие моменты есть и в биографии Богомолова.

Могу допустить, что он в прошлом изменил фамилию, дату рождения и другие детали своей биографии. И такое можно понять, если он на самом деле был сыном профессора Войтинского, расстрелянного в 1937 году. Тем более если, как сообщают «обвинители» Богомолова, мать писателя Надежда Павловна «вовсе не украинка, как рассказывал Богомолов, а еврейка из Вильнюса, дочь адвоката, ее девичья фамилия Тобиас». Не секрет, что в те времена немало людей меняли фамилию и поправляли сведения в анкетах, чтобы не иметь проблем и даже избежать репрессий. И сейчас это никто зазорным не считает.

Главное - и что было старательно затушевано в моем письме - другое.

Одно дело - поиски неизвестных деталей в биографии человека в силу «потребности искать истину». И совсем другое - грубое и необоснованное (если смотреть на дело не только «по понятиям», чисто по-человечески, но и «по закону», строго юридически) публичное поношение на основе сплетен человека, который давно стал гордостью целой страны.

Надо совсем утерять нравственное чувство, чтобы утверждать, будто «поисками истины» являются опубликованные в «КП» заявления Н. Холодовской о том, что Богомолов якобы был «подсадной уткой» в камере Львовской тюрьмы, где год отсидел с бандеровцами. А также ее утверждения (они дважды повторяются в статье), что «вся жизнь его была ложь и обман».

Другой «обвинитель», Л. Рабичев, утверждает, что Богомолов «придумал себе биографию, ордена, медали» и вовсе не воевал, «ничего этого не было», а роман «В августе сорок четвертого...» («Момент истины») написал... на основе его писем! И это пишет человек, который в своих записках в журнале «Знамя» (№ 5, 2005) признает, что сам он всю войну провел при штабах, командуя «телефонисточками».

Интересно, что в публикации от 7.04.05 Рабичев «приносит извинения читателям за невольную ошибку» - он перепутал в первой публикации место, где жил Богомолов и где он его навещал. Не перепутал ли он и другие факты?

В той же статье, в частности, написано, будто Богомолов, принципиально отказывавшийся иметь дело с официальными структурами советского государства, отказывался вступать в Союз писателей и не желал публиковать свои фото, якобы «опасаясь разоблачения». Это полный нонсенс. Богомолов без всякого Союза писателей и даже вопреки ему был известен миллионам читателей, и на большинстве его выходивших рекордными тиражами книг была его фотография.

Если внимательно вчитаться в то, что написали или сказали Холодовская, Рабичев, Гуревич, А. Б. П., Р. И. К. и другие, то нельзя не увидеть, что у них, мягко говоря, концы с концами не сходятся. Но чтобы это показать, надо разобрать эти несуразицы подробно, предоставленное мне место такого не позволяет.

Тут важно другое. Согласно действующим во всем цивилизованном мире законам в данном случае не Богомолов или его родные и друзья должны опровергать облыжные обвинения. Свои обвинения обязаны подтверждать с документами и фактами в руках те, кто их предъявляет. Однако в обеих статьях содержатся не столько факты, требующие проверки, но и оскорбительные субъективные оценки и мнения людей, которые по разным причинам (судя по всему, личным) к писателю относятся крайне враждебно.

Примечательно, что во второй статье, от 7.04.05, сообщается: «Редакция сделала запрос в Минобороны и ФСБ - ждем ответа».

Спрашивается, почему этот запрос не был сделан перед тем, как обвинить Богомолова в том, что он был «подсадной уткой», «вся его жизнь ложь и обман» и он «придумал» всю свою военную биографию? Ведь запросы принято делать до того, как печатаются подобного рода взрывные материалы, а не задним числом, когда последовала бурная реакция на них.

И еще один вопрос: какой смысл посылать запрос в ФСБ? Известно, что в 70-х годах (я был этому свидетелем) Богомолов почти год отчаянно и, как обычно, без страха, боролся против КГБ, добиваясь опубликования «В августе сорок четвертого...» без навязываемых ему сокращений и поправок. Борьба была трудной, казалось, безнадежной, так как против публикации романа был сам шеф КГБ Ю. Андропов (тому имеется документальное подтверждение). Писатель победил тогда при помощи порядочных людей, работавших в аппарате ЦК (были там и такие). И если бы у КГБ имелся хоть какой-то компрометирующий Богомолова материал, он наверняка был бы пущен в ход, чтобы навязать ему свою волю. Но такого материала не нашлось.

В жизни всякое случается, но с учетом всего вышесказанного едва ли удастся обнаружить серьезные, основанные на документах и действительно очерняющие Владимира Богомолова факты, при помощи которых можно оправдать опубликованные в канун 60-летия Победы оскорбительные статьи против писателя, столь талантливо показавшего простых «тружеников» Великой Отечественной войны», благодаря которым стала возможной победа над Гитлером?

Первый материал на эту тему в «Комсомольской правде» от 24.02.05 был озаглавлен: «Кем был на самом деле писатель Богомолов?».

Ответ очевиден: он в любом случае был и остается писателем Богомоловым.

Сердца нашего боль

«До боли клешнит сердце: я вижу мысленно всю Россию, где в каждой второй или третьей семье кто-нибудь не вернулся...» Так кончается рассказ Владимира Богомолова «Сердца моего боль». Этот короткий шедевр читается на одном дыхании. Сколько написано о войне, но история про «ощущение какой-то неловкости и виноватости, что вот я вернулся, а Петька погиб» для меня - одна из самых-самых.

...Звонили поклонники творчества Богомолова и мне. Потому что я не только последние годы общался с писателем, но и оказался последним журналистом, с которым он разговаривал. Если бы знать, что разговоров с ним больше не будет, нажал бы на автоответчике на «запись» и мог бы сейчас слышать с пленки его голос. Но предположить этого я не мог, когда вечером 29 декабря 2003 года поздравлял с праздником и извинялся, что так и не смог пока воспользоваться приглашением навестить его. В разговоре вдруг прозвучало: «А давай сделаем интервью. Большое! Поговорим о карательных отрядах, генерале Власове - знаешь, сколько интересного в архивах накопал. Многое расскажу...»

Через тринадцать часов его не стало.

В. Богомолов не подходил ни под один вид или подвид современного писателя. Избегал интервью и разговоров о творчестве. На съемку никак не давал разрешения: «Не люблю этого дела». Совершенно необязательны ни подмахивание конъюнктуре, ни пресмыкательство перед власть имущими, ни мелькание в средствах массовой информации, ни элементы паблисити - все это ненужная корыстная суета, считал В. Богомолов.

Меня это не удивляло. Потому что Владимир Осипович не играл роль знаменитого писателя с мировым именем - он им был.

Но и в страшном сне внук полного Георгиевского кавалера не мог себе представить, что напишут, а главное - напечатают о нем после смерти! Что поставят под сомнение его фронтовое прошлое, да чуть ли не авторство книг! Что обнаружатся одноклассники и знакомые писателя, у которых много лет спустя возник зуд разоблачительства. Они и мне написали - не вздумайте в юбилей Победы славить победителя. И взяли это слово в кавычки.

«Литгазета» поместила не только письмо в защиту писателя, но и главы из незаконченного пространного романа В. Богомолова «Жизнь моя, иль ты приснилась мне...». Потому что мы не сомневаемся в том, что написал Владимир Осипович в заметках «Автор о себе», не один раз опубликованных.

Родился он действительно в 1924 году, это указано на могиле писателя на Ваганьковском кладбище, на которую 9 мая мы положили цветы. А военный билет Владимира Богомолова, в прошлом Владимира Войтинского, подтверждает автобиографические заметки... «Июнь - октябрь 1941 года - курсант Воздушно-десантной школы. С ноября 1941 г. по апрель 1942 г. - командир отделения разведки 6-го гвардейского Воздушно-десантного полка. Апрель 1942 г. - ранение и контузия. По июль 1943 г. - госпиталь в Бугульме (Татарская АССР)». Вновь уходит на фронт. 12 января 1944 года вторично ранен. После войны откомандирован на Дальний Восток. Затем на Украину - бороться с бандеровцами. Потом были 13 месяцев ареста, телеграмма Верховному Главнокомандующему, увольнение в запас. Так что не придумывал писатель себе биографию...

Леонид КОЛПАКОВ, заместитель главного редактора «Литературной газеты»

ОФИЦИАЛЬНО

Из Федеральной cлужбы безопасности Российской Федерации - в газету «Комсомольская правда»

18.04.2005. № 385Москва, Лубянская пл., 2

«В ответ на вашу просьбу в отношении возможности ознакомления с биографическими архивными материалами в отношении писателя Богомолова Владимира Осиповича сообщаем, что какими-либо сведениями по данному вопросу Центральный архив ФСБ России не располагает».

Подпишитесь на новости:
 
Читайте также