2016-08-24T03:05:32+03:00

25 октября тридцать третий том коллекции «Великие поэты» - Семен Кирсанов

Только для покупателей «Комсомольской правды» в киосках MOLDPRESA - цена тома + газета всего 39 леев
Поделиться:
кп
Изменить размер текста:

Ярослава Танькова, обозреватель «КП», - о своем любимом поэте: Кирсанов был поэт с двумя сердцами

- Стихи Семена Кирсанова не проходят в школах. Почти никто не вспомнил о его 100 - летии в сентябре 2006-го. Его воспитывал Маяковский, поддерживала власть, не любили критики и женщины. Однако песни на его стихи поют до сих пор, порой даже не зная, чьи они. Может, в этом и романтика судьбы истинного поэта, - когда его творения переживают имя своего же создателя…

Ярослава Танькова

Ярослава Танькова

Семен родился в семье одесского портного. Правильные еврейские родители хотели, чтобы мальчик стал доктором, но не срослось:

Отец голосил: - Судьба сама -

Единственный сын сошел с ума...

В 1924-м талантливого 18-летнего парня буквально «похитил» из семьи Владимир Маяковский. Знаменитый «певец революции» восхитился юным талантом и дал ему покровительство. А тот, в свою очередь, отплатил наставнику не только горячей преданностью, но и истовым исповеданием его «маяковской религии» - куртуазного, необычно сконструированного, странно-разнообразно-ритмичного стиха.

«Иду в аду. Дороги - в берлоги, топи, ущелья мзды, отмщенья…» - выводил Кирсанов стих в виде ромба.

- Словесный трюкач! Эстет-формалист! Циркач! - верещали хором критики.

Циркач… До сих пор литературоведы спорят, когда же именно приклеился к Семену Исааковичу этот обидный ярлык. То ли еще в 20-х, когда Маяковский в донецком цирковом шапито представил одаренного воспитанника публике, а тот встал на руки и прошелся по арене, читая стихи вниз головой? То ли позже, когда Кирсанов не только перенял у Маяковского, но и создал свой, родственно-авангардный стиль, как тогда говорили «поэтики циркового происхождения»?

Наравне с ярко-эпатажными цветами авангарда создавал Семен Исаакович не менее гениальные «акварели» с прозрачной рифмой и простым смыслом. Как будто в груди поэта билось два сердца. Одно - куртуазное, воспитанное в честь великого наставника. А второе - его личное, взрощенное в цветущих акациях Одессы, тонкое и нежное до смущения. И каждое из этих сердец рождало свои стихи. Первые читали в модных гостиных, играя кружевными рифмами. А вторые шептали на ушко любимым или пели.

Стихами Кирсанова наполняли кинофильмы, на них писал музыку Таривердиев. Кто не знает исполненный Утесовым «У черного моря…» («есть город, который я вижу во сне…») и «Эти летние дожди» из репертуара молодой Пугачевой?

Именно этим «вторым» сердцем Кирсанов написал удивительно тонкое стихотворение о расставании разлюбивших дуг друга людей:

Вот плывут рядом две больших

глыбы, исходя паром,

а они были, да, одним домом,

да, Земным Шаром…

Но на двух глыбах тоже жить можно,

и живут люди,

лишь во сне помня о Земном Шаре,

о былом чуде -

там в лучах солнца облака плыли

и дожди лили,

под одним небом, на одном свете

мы с тобой жили.

И так дальше, ни слова «в лоб». Только вскользь, о мирах, еле касаясь…

А сердце - на разрыв!

Откройте томик с его стихами и вы почувствуете, как в ваших руках и душе разом забьются сразу оба его поэтических сердца.

Подпишитесь на новости:
 
Читайте также