Молдова
+29°
Boom metrics
Общество23 июля 2017 21:00

Тюремные хроники в Молдове: Выхватили из толпы, уложили лицом в ступеньки - и вот ты уже за решеткой!

От свободы до тюремной камеры в нашей стране меньше шага, даже если ты ни в чем не виноват
Александр РОШКО
Александр Рошко – один из участников «группы Петренко», члены которой были задержаны 6 сентября 2015 года.

Александр Рошко – один из участников «группы Петренко», члены которой были задержаны 6 сентября 2015 года.

Автор этих заметок, Александр Рошко – один из участников «группы Петренко», члены которой, задержанные 6 сентября 2015 года при попытке установить палатки у здания Генеральной прокуратуры. Они обвинялись в организации массовых беспорядков по всем пунктам ст. 285 Уголовного кодекса Молдовы и провели за решеткой в общей сложности около полугода, еще два месяца - под домашним арестом. В настоящий момент члены группы, получив условные сроки, находятся уже дома. Итак, предоставляем слово автору.

Зарисовка первая. Задержание: «Лежи тихо, не дёргайся».

Помещение для задержанных в инспеторате полиции - бетонная коробка 3х3 метра.

Помещение для задержанных в инспеторате полиции - бетонная коробка 3х3 метра.

Самым ярким моментом из всей эпопеи знакомства с пенитенциарной системой Молдовы для меня, безусловно, является задержание. Это когда ты приходишь на мирный протест, осуществляя своё конституционное право на свободу выражения, заявляешь о своём несогласии с антинародным режимом, не нарушая закон и вдруг внезапно тебя выдёргивают из толпы экипированные до зубов бойцы ОМОНа в масках и с размаху укладывают лицом в ступеньки, выкручивая за спиной руки. Ты не можешь понять, что же произошло, встать не дают, руки крутят всё сильнее, над тобой наклоняется некто в штатском и угрожающе шипит – «Лежи тихо, не дёргайся». Затем тебя поднимают, но только для того, чтобы уложить ещё раз, не забыв протащить лицом по бетонному полу. Потом снова поднимают, по лицу стекает струйка крови от рассечения, руки за спиной закованы в наручники, ошеломлённым взглядом смотришь вокруг, но тебя уже ведут во внутренний двор Генеральной прокуратуры.

Во дворе ты видишь ещё нескольких своих товарищей в наручниках за спиной, в сопровождении таких же «космонавтов» в касках, масках, бронежилетах. Около часа непонятного ожидания, жара, духота, запёкшаяся кровь стянулась корочкой и вызывает дискомфорт. У одного из твоих товарищей приступ сильной боли – у него грыжа- и он теряет сознание и падает на асфальт. ОМОНовцы почти никак не реагируют, лишь вяло пытаясь привести его в чувство. Спустя довольно продолжительное время за ним всё же приехала «Скорая».

Тем временем приводят ещё двоих твоих товарищей – по той же схеме, в наручниках за спиной. Очень хочется пить, безмолвные стражи в масках не реагируют на просьбы. Наконец, одного из них всё же проняло, и он принёс бутылку воды. Каждому хватило по нескольку глотков. Причём наручники так и не отстегнули. Сотрудник подносил горлышко бутылки - и тут уж ухищряйся как хочешь. Наконец приехал некто в штатском, сказал, что он прокурор и приказал провести личный обыск. Наконец-то отстегнули наручники, обыскали, изъяли всё, что было в карманах – сигареты, зажигалку, кошелёк, ключи от дома, носовой платок, с рук сняли часы. Заставили снять шнурки и ремень, приобщили к изъятому. Составили протокол об изъятии и повезли в инспекторат полиции…

Зарисовка вторая. В инспекторате полиции: «Поем «Интернационал» - нас не сломали!»

Привезли в инспекторат и сразу завели в помещение для задержанных. Бетонная коробка примерно 3х3 метра, под потолком – тусклая пыльная лампочка уныло светит себе под нос. Также под потолком – небольшое зарешёченное окошко. За окошком- свобода, но уже недосягаемая. Под стеной – узкая лавочка, на которой и сидеть-то неудобно, не говоря уже о том, чтобы прилечь.

Сыро, душно, затхлый воздух кажется липким. Из-за темноты, шока и из-за того, что при обыске изъяты наручные часы и телефон теряется ощущение времени и непонятно, сколько времени прошло – двадцать минут или полтора часа. Всё это время в душе теплится надежда, что произошло какое-то недоразумение, вот-вот откроется дверь, последуют обязательные извинения, мол, не разобрались и можно будет идти куда хочешь. Но этого не происходит.

По одному выводят к следователю, где мы отказываемся подписывать какие-либо бумаги, после чего заводят обратно в бетонную коробку. На этот раз – с одним из товарищей. Всё же веселее вдвоём. Мы знаем, что за стеной с одной и с другой стороны, в таких же коробках – наши товарищи. Вдруг слышим, как они поют «Интернационал». Значит, они не сломались, не испугались! Мы подхватываем песню и «Интернационал» звучит громче. Наконец, нас по одному выводят ещё раз в кабинет, где зачитывают постановление о задержании на 72 часа, «любезно» предоставляют возможность позвонить родным, после чего под конвоем ведут к машине с зарешёченными окнами, везут в наркологический диспансер, где мы проходим тест на содержание в крови алкоголя или наркотиков (ни того, ни другого, естественно, не обнаружено) и наконец везут в ИВС (изолятор временного содержания), или, как его раньше называли, КПЗ (камера предварительного заключения).

Продолжение следует...