2018-08-09T08:33:46+03:00

Бизнес тянет Приднестровье в Европу, а местные власти продолжают мечтать о вхождении ПМР в состав РФ

Приднестровье получает от России патриотическую символику, от Молдовы - биометрические паспорта
Дмитрий ДУРНЕВ
Поделиться:
Комментарии: comments6
Россия, загруженная проблемами Крыма и Донбасса, уделяет Приднестровью гораздо меньше внимания. Фото: Валерий КругликовРоссия, загруженная проблемами Крыма и Донбасса, уделяет Приднестровью гораздо меньше внимания. Фото: Валерий Кругликов
Изменить размер текста:

«Как кафе открыл? Очень просто — здесь сейчас для бизнеса зеленая улица! Сейчас вывеску сниму, будет «Джелал-Кебаб» называться!» — с улыбкой рассказывает мне хозяин только что открывшегося в Тирасполе кафе. Хозяин — турок по имени Джелал Тидим, и открывает он свою «кебабную» в самом центре столицы Приднестровья практически напротив памятника Александру Суворову на улице имени 25 октября

Про «зеленую улицу» для бизнеса Джелал говорит со знанием дела: за свою жизнь он поработал много где — в России от Владивостока до Москвы, а в Тирасполь теперь переехал по уважительной причине: «Сын у меня тут растет, надо воспитывать».

Про «зеленую улицу» для бизнеса Джелал, хозяин кафе, говорит со знанием дела. Фото: Валерий Кругликов

Про «зеленую улицу» для бизнеса Джелал, хозяин кафе, говорит со знанием дела. Фото: Валерий Кругликов

Последние годы очень изменили Приднестровье. Турецкие бизнесмены, китайские туроператоры, европейские дипломаты пока для местных, может, и выглядят экзотично, но чувствуют себя на левом берегу Днестра очень уверенно, передает spektr.press

Непризнанная республика учится выживать

Что же случилось? После 2014 года Украина увидела в ПМР аналог своих пророссийских непризнанных республик и заняла более выраженную промолдавскую позицию. Россия, загруженная санкциями, проблемами Крыма и Донбасса, уделяет Приднестровью гораздо меньше внимания, чем раньше. Одновременно Молдова резко развернула политику от экономической блокады к сотрудничеству по отношению к жителям Приднестровья и самой ПМР.

И все это наложилось на перевыборы и экономический кризис в Приднестровье. С 1992 года здесь в результате выборов сменились три президента, сейчас во главе правительства бывший министр внутренних дел Вадим Красносельский, предыдущий президент Евгений Шевчук уже после переизбрания летом 2017 года бежал в Молдову.

Приднестровцы последнюю рокировку пока не очень ценят. «Прежние наши правители курс доллара, может, и искусственно, но держали годами на уровне 11,2. А сейчас он — 16,5 рубля за доллар (19,1 приднестровского рубля за € 1, 0,26 — за 1 российский рубль), но пенсии и зарплаты, при росте цен, остались в приднестровских рублях на прежнем уровне! — рассказывает мне на условиях анонимности местный коллега.

— У меня была заработная плата в 700 долларов, стала — 300. Люди массово поехали отсюда и так же массово продают дома и квартиры, поэтому цены на недвижимость тоже резко упали: у нас очень мало покупателей, одни продавцы теперь! Моя двухкомнатная квартира стоила 25 тысяч долларов, теперь хорошо, если 15 тысяч дадут. Я тоже собираюсь переезжать в Россию».

Вадим Красносельский разъясняет причины экономических проблем с любой доступной трибуны, в этом плане в Приднестровье царит гласность. Я купил в Тирасполе местную газету под интересным названием «Человек и его права», с напечатанной речью президента на совещании первых депутатов ПМР. «Что мы имели на 1 января 2017 года? При бюджете в 4 миллиарда рублей (примерно € 210 млн) мы имели дефицит в 2 миллиарда. Вдумайтесь: 50% дефицит… На сегодняшний день у нас дефицит бюджета чуть более 600 миллионов (€ 31,5 млн), то есть дефицит сокращается. Это радует», — цитирует газета выступление президента.

«Хороший бизнес и никакой политики!»

Еще в 2016 году вышел Указ президента ПМР «О реализации итогов республиканского референдума, состоявшегося 17 сентября 2006 года», согласно которому Приднестровье начало процесс приведения своей законодательной базы в соответствие с российским законодательством с целью дальнейшего вхождения в состав Российской Федерации. Референдум, как и все в этих краях, — непризнанный, но проголосовали на нем за независимость от Молдавии и последующее вхождение в Россию, по местным официальным данным, 97,2% принявших участие избирателей, о чем в Тирасполе сообщают даже мемориальные доски на отдельных домах. И несмотря на то, что Российская Федерация реализовывать итоги здешних референдумов не спешит, практические последствия движения в Россию и одновременной гармонизации отношений с Молдавией здесь встречаются на каждом шагу.

Российские здесь любые законы, военные части, акции «Бессмертный полк» и всевозможная патриотическая символика. От сотрудничества с Молдовой — свобода передвижения, мобильная связь формата GSM, биометрические «безвизовые паспорта» и все преимущества зоны свободной торговли с ЕС. И Россия, и Молдова признают дипломы Приднестровского государственного университета и аттестаты местных школ, хотя выпускники все-таки чаще едут учиться в Москву, чем в Кишинев.

С 1 июня 2018 года в Приднестровье вступил в действие закон «О государственной поддержке инвестиционной деятельности». И уже 5 июня в Тирасполь приезжала приглашенная из Кишинева делегация дипломатов из 18 посольств. Перед дипломатами выступали президент и премьер-министр, их возили по главным промышленным достопримечательностям Приднестровья: в подвалы коньячного завода, на ферму, что выращивает белугу и осетров, на крупнейшее текстильное предприятие. Местные СМИ обильно цитируют обращение президента Красносельского к послам из ЕС, Украины, России и Белоруссии: «Мы предлагаем вам хороший бизнес и никакой политики!»

На последние годы пришлись и множественные изменения в отношениях между Молдовой и непризнанной республикой. Они видны невооруженным глазом — восстановлены телефонная связь и железнодорожное сообщение между Кишиневом и Тирасполем, Кишинев начал признавать дипломы Приднестровского государственного университета, молдавские фермеры снова работают на спорных землях под Дубоссарами. Но главное — на Приднестровье распространилась зона свободной торговли с ЕС, потому что ПМР стала частью молдавского соглашения об ассоциации и свободной торговле с Евросоюзом.

«У нас за последние годы экспорт в Евросоюз зашел за 60%, это намного больше чем в Россию. В правительстве все очень обеспокоены этими цифрами, думают, как их выравнивать, — говорил мне по этому поводу пожелавший остаться неназванным источник, близкий к правительству ПМР. — Но президент жалуется в частных беседах, что для русских мы теперь молдаване!»

У президента Вадима Красносельского — несколько иные официальные цифры, но тенденция к ослаблению экономических связей с Россией прослеживается тоже. В своем выступлении в передовице газеты «Человек и его права» Красносельский сухо разъясняет структуру экспорта республики: «Таможенный союз — 12%, Европейский союз — 38%, прочие страны — 50%».

Бизнес тянет в Европу

В Тирасполе до всего рукой подать, и я зашел в кабинет директора одной из крупнейших в Приднестровье швейных фабрик Александра Свидерского.

Это предприятие открыто еще в 1945 году, сейчас на нем работают 550 человек, заработная плата несколько выше средней по Приднестровью — около € 200.

— Заказчики у нас, в основном, европейские, самый крупный контракт — с компанией«Татра-Текстиль» (Словения). 75% наших производственных мощностей задействовано под них, — рассказал Александр Свидерский. — Они производят экипировку для зимних видов спорта, активного отдыха и, частично, для военных нужд — спальные мешки, куртки, все, что защищает человека от дождя и холода.

— Как вы с ними работаете?

— У нас прямой контракт, мы — приднестровская компания с юридическим адресом в городе Тирасполе. Но для оформления таможенных документов мы имеем временную регистрацию в республике Молдова, это такой вот механизм, чтобы осуществлять внешнеэкономическую деятельность. Это не полная регистрация, она усеченная. Налоги мы там не платим, но для таможенных документов этого достаточно. Мы их оформляем в Приднестровье, выезжаем на территорию Молдовы и проходим таможенный контроль повторно. Ну и после этого товар идет за границу. Экспортных пошлин на одежду в Молдавии нет, ввозную пошлину в Австрии платят наши партнеры.

Последние 12 лет с 2006 года мы работаем по такой схеме с обязательной регистрацией внешнеторговых сделок в Молдове. Предприятие имеет дополнительные затраты на двойную оплату таможенного оформления, но эти расходы не так уж и велики. А никаких специальных пошлин для товаров из Приднестровье в Молдове нет. Бюджет Молдовы, если и получает что-то, то это плата за работу таможенных органов — 0,18% от стоимости товара

В любом случае, мы находимся в подвешенном состоянии и всегда зависим от решений молдавского парламента и правительства. Тем не менее, эта ситуация стала возможна, в первую очередь, благодаря формату 5+2 (постоянный переговорный процесс, в котором, помимо Молдовы и Приднестровья, принимают участие Украина, ОБСЕ, Россия, ЕС и США), странам-посредникам. Сами бы мы не договорились.

Приднестровская фабрика шьет одежду для московского бренда. Фото: Валерий Кругликов

Приднестровская фабрика шьет одежду для московского бренда. Фото: Валерий Кругликов

Связи Приднестровья и Молдовы видны повсюду невооруженным глазом. На той же швейной фабрике мы прошлись по цехам. Хотели посмотреть плоды сотрудничества с Россией: директор рассказал, что их немного, но они интересные. Фабрика шьет одежду для московского бренда «Olovo» — по старым советским военным лекалам армейских ватников, телогреек, бушлатов подводников и пр. с использованием современной фурнитуры изготавливаются изделия для фирменных магазинов на московском Арбате и в Нью-Йорке. Бушлат подводника с блестящими пуговицами и подкладкой из армейских одеял смотрится… свежо, но я бы лично его, наверное, не купил.

В экспериментальном цехе фабрики мы встретили подполковника МВД, который пристально изучал подростковую ветровку со знакомыми буквами общества «Динамо». «Готовим форму для юношеской команды кадетов, — пояснил офицер. — Они будут представлять МВД в чемпионате Молдавии и должны выглядеть достойно!»

В то же время, фабрика готовим форму для юношеской команды кадетов. Фото: Валерий Кругликов

В то же время, фабрика готовим форму для юношеской команды кадетов. Фото: Валерий Кругликов

«Шериф» и Realpolitik по-приднестровски

Жил я в Приднестровье как раз неподалеку от стадиона «Шериф», в поселке Новотираспольский, рядом со стеной вокруг поместья негласного хозяина региона Виктора Анатольевича Гушана.

Виктор Гушан и Илья Казмалы — создатели холдинга «Шериф». «У нас тут все «Шериф»! — сразу популярно объяснил мне первый же таксист. — И единственный оператор мобильной связи, и главная сеть супермаркетов, и рынки, и футбол, и строительство, и заводы, и сеть АЗС «Шериф».

Все три «выставочных» предприятия, на которые возил иностранных дипломатов с инвестиционного форума президент ПМР Вадим Красносельский — коньячный завод «Квинт», текстильный комбинат и ферма по разведению рыб осетровых пород — это тоже «Шериф». И каждый третий рубль в бюджет непризнанной республики тоже поступает с предприятий «Шерифа».

Поместье Виктора Гушана раскинулось на несколько гектаров за большим красивым забором, рядом расположены частично огороженное озеро и парк с бюстом героя Октябрьской революции и Гражданской войны Михаила Фрунзе. По углам усадьбы оборудовано что-то вроде КПП с тонированными стеклами, вечером по периметру передвигаются как охранники с рациями и собаками, так и автомобильные патрули.

Поместья владельца "Шерифа". Фото: Валерий Кругликов

Поместья владельца "Шерифа". Фото: Валерий Кругликов

Приднестровская республика — это своеобразный «моногород» холдинга «Шериф».

Бензин здесь действительно продается на заправках «Шериф», и, что забавно, принимаются к оплате сразу три валюты — приднестровские рубли, доллары и молдавские леи. Ценники на колонках так и сообщают, что бензин марки АИ-95 стоит 15,50 рубля, 0,96 доллара или 16,70 леи за литр (€ 0,80), дизельное топливо стоило 14,90 рубля, 0,92 доллара или 15,59 леи (€ 0,78). Это очень странно с непривычки — в Приднестровье все определяют жизнь и цены в долларах, а не в евро — все-таки валюте главного внешнеторгового партнера, — и обозначают цены на бензин в молдавских леях, а не в «политически близких» российских рублях.

Мобильная связь — это то, что здесь принято ругать.

«У нас город кофеен, аптек и сети стоковых магазинов «Пять карманов». Это когда-то был секонд-хенд, а теперь там есть еще и новые вещи, там недорого, и у нас фактически все люди покупают одежду там, — так описала местные реалии девушка-бариста одной из старейших кофеен Тирасполя. — Кофеен тут за последние два года столько открылось, что, мне кажется, столько в Кишиневе нет! Кофейни — единственный бизнес, где ты не особо зависишь от «Шерифа». Если ты открываешь даже небольшой продуктовый магазин, товар ты уже будешь брать только на их базах, ездить на их бензине и так далее. Монополия здесь душит все.

Туризм МВД и имперская история

МВД в Приднестровье — местный драйвер туризмаТурецкую крепость XVI века с 2008 года реставрирует и восстанавливает как раз МВД республики. Тут сделанный со знанием дела музей средневековых пыток, небольшой музей крепости, магазин сувениров «Бешикташ» и много памятников погибшим при штурме 1770 года солдатам и офицерам русской армии разных полков с поименным перечислением убитых. Проходят в Бендерской крепости и ставший уже традиционным фестиваль. Он, правда, проводился всего третий раз, видно было, что пока мероприятие совсем не туристическое— много российского патриотизма, но мало еды и воды, например. Да и памятных знаков туркам, стоявшим и сражавшимся здесь с 1538 года, нет, а до Стамбула отсюда ближе, чем до Москвы. В Бендерской крепости умер гетман Мазепа, здесь стоял несколько лет после поражения под Полтавой шведский король Карл XII, сражавшийся в Бендерах с турками в 1713 г. В Приднестровье много разных туристов можно было бы подтянуть.

Фестиваль, который проходит в Бендерской крепости пока совсем не туристическое мерпориятие. Фото: Валерий Кругликов

Фестиваль, который проходит в Бендерской крепости пока совсем не туристическое мерпориятие. Фото: Валерий Кругликов

Когда путешествуешь по Бендерам, понимаешь, что советская символика в этих краях наносная. Власть в Приднестровье пыталась строить обломок еще той, Российской империи, что воевала с турками двести с лишним лет назад и держала в Бендерах тыловой гарнизон и военный госпиталь в середине XIX века. В Бендерах в 2008 году стараниями МВД Приднестровья и увековеченного в граните целого списка меценатов и причастных восстановлено Военно-историческое мемориальное кладбище.

Та империя давно уже умерла, а с ее правопреемницей у Приднестровья нет общей границы. Без яркого агрессивного врага, со свободным выездом и раздачей населению всевозможных вторых-третьих безвизовых паспортов непризнанная республика тихо тает как мороженное ранней весной. И продолжает открываться миру.

Подпишитесь на новости:
 
Читайте также