2018-11-02T07:38:55+03:00

Спонсорами повышения зарплат молдавским бюджетникам станут… судьи и прокуроры

В интервью «Комсомольской правде» Генеральный государственный секретарь Министерства финансов Ион Кику рассказал, кто выиграет, а кто проиграет от нового закона о зарплате [видео]
Поделиться:
Комментарии: comments1
По новой системе расчета зарплаты, еще возможно, что начисленная зарплата некоторых работников может составлять от 1500 леевПо новой системе расчета зарплаты, еще возможно, что начисленная зарплата некоторых работников может составлять от 1500 леевФото: Дмитрий АХМАДУЛЛИН
Изменить размер текста:

- Давайте начнем с самого начала. Надо сказать, что объявление относительно резкого повышения зарплат бюджетникам было неожиданным. Что этому предшествовало? Почему было решено реформировать сферу оплаты труда?

- Идея провести реформу в сфере оплаты труда давно витала в воздухе, с тех пор, как начали обозначаться изъяны в существующих законах. Сейчас у нас три закона, которые регламентируют оплату труда в публичном секторе. Прежде всего, закон №355 от 2005 года. С того момента, как он вступил в силу, в него было внесено множество изменений. Дошло до того, что основная зарплата составляет 20-25% от окончательной, потому что различные надбавки уже в 4-5 раз превышают основную зарплату. Это создает массу проблем при планировании, учете, расчете зарплаты и так далее. Получилось так, что надбавки, которые в принципе должны начисляться за какие-то достижения, практически стали обязательными. Мы не можем их не выплачивать, потому что через разные изменения в законодательстве они были включены в окончательную зарплату. Таким образом, работник уже не знает, как рассчитывается его зарплата.

- Когда началась разработка нового законопроекта о заработной плате? Мы об этом ничего не знали...

- Не знали, потому что это была внутренняя работа Министерства финансов. Необязательно все, что делается на этапе оценки, потом материализуется в закон. Есть много работы, которую мы провели и поняли, что нет смысла ее продолжать. И здесь тоже сначала была неясность.

А заниматься конкретно реформой мы начали в 4-м квартале прошлого года. Посмотрели, сможем ли мы это сделать сами или нет. Кстати, ведь минфину функция регламентирования труда в публичном секторе перешла только в декабре прошлого года. До этого она была у Министерства труда, а перед ним — у Министерства экономики.

Мы связалась с международной организацией труда. Они сказали, что могут оказать нам помощь, прежде всего, экспертную, отправили сюда несколько международных экспертов. Начиная с января этого года, начались этапы разработки закона.

В первую очередь провели оценку 1900 должностей, начиная сторожем, заканчивая президентом страны, иерархизировали их. Этот этап занял больше всего времени - 4-5 месяцев. А непосредственно писать закон начали в конце августа, но это было уже дело техники. У нас образовалась единая сетка - градация из 15 категорий и 130 классов.

Ион Кику рассказал, кто выиграет, а кто проиграет от нового закона о зарплате

Ион Кику рассказал, кто выиграет, а кто проиграет от нового закона о зарплате

Для самых бедных ввели отдельную статью

- В чем суть этой конструкции?

- Мы провели анализ стоимости внедрения нового закона. Только после того, как мы провели расчеты и определили стоимость внедрения закона, которая вписывается в параметры, которые мы согласовали с МВФ, мы определили минимальную расчетную базу, по которой ведутся расчеты зарплаты. Сейчас это 1500 леев. Повышение фонда заработной платы в следующем году у нас запланировано на 1,4 миллиарда леев. В 2020 году, когда эта сумма составит 3 миллиарда леев, минимальная ставка будет не 1500, а 1700 леев.

По новой системе расчета зарплаты, еще возможно, что начисленная зарплата некоторых работников может составлять от 1500 леев, потому что минимальная расчетная база – это первая категория. Поскольку работников, чьи зарплаты составляют меньше прожиточного минимума, у нас много — около 20% всего количества бюджетников или около 38-40 тысяч человек, - в новом законе есть отдельная статья. Она предусматривает, что даже если их начисленная зарплата будет меньше 2 тысяч леев, им будет компенсироваться сумма до прожиточного минимума. То есть ни одна зарплата не будет меньше прожиточного минимума.

«Где деньги, Зин?»

- Люди спрашивают: в чем же подвох? Откуда деньги?

- Принимая новый закон о зарплате, мы автоматически аннулируем те, которые действовали до сих пор. А в тех законах предусмотрено в частности, что, например, зарплата судей и прокуроров каждый год индексируется к росту средней зарплаты в экономике. Если средняя зарплата в экономике повысится на 13%, это означало, что в 2019 году зарплаты судей должны были автоматически вырасти на 13%. Таким образом, поскольку эти законы будут аннулированы, этого роста зарплат судей, которые получают не самые маленькие зарплаты, не будет. То есть эти деньги мы не тратим.

- Эти категории, выходит, оказываются в проигрыше?

- Нет, они не в проигрыше. Они будут получать ровно столько же, сколько получали в 2018 году. В этом и суть реформы — кто-то выигрывает, а кто-то не проигрывает. По новому закону, никто не будет проигрывать в зарплате, но не у всех она вырастет. Из 200 тысяч, которые сейчас заняты в государственном секторе, с 1 декабря повышение получат 150 тысяч. Там как раз нет тех 50 тысяч человек, зарплата которых повышается автоматически.

Поэтому многим и кажется странным: как так, сильно повышают зарплаты, а стоит это повышение только 1,4 миллиарда? Нет, на самом деле, повышение зарплаты обходится дороже, но мы экономим, потому что не будем повышать зарплаты тем, кому повышали согласно старым законам.

Надо сказать, что реформы, которая удволетворила бы всех, нет. Но сейчас как раз акцент делается на молодых, на учителях, врачах, тех, у кого маленькие зарплаты, которые не сравнить с зарплатами судей. А эти 50 тысяч, которым сейчас не будут повышать зарплаты, получат повышение в 2020-2021 годах, когда поднимется минимальная расчетная база с 1500 до 1700 леев.

Даже если бы и хотели, МВФ не позволил бы

- И все же, не пострадают ли от повышения зарплаты, например, какие-то другие статьи расходов бюджета? Ведь чего не сделаешь в предвыборный год...

- Если бы рост фонда заработной платы в предвыборный или выборный год опережал рост фонда зарплаты за предыдущий год, я бы мог согласиться. Но посмотрите на цифры — не растет фонд зарплаты 2019 года к 2018-му больше, чем рост 2018-го к 2017-му, примерно те же цифры. Нам и МФФ не разрешил бы. Вы, наверное, знаете, что есть такой показатель — расходы на персонал. МВФ хочет, чтобы часть расходов шла на инфраструктуру, инвестиции и т.д., и все время ограничивает рост расходов на персонал. Мы не можем их превысить, потому что потеряем программу с Фондом.

Вообще любую критику, основанную на том, что люди не читали проект закона, считаю безосновательной. У нас такая же ситуация была с налоговой реформой. Люди, не прочитав, сразу кинулись с критикой. Прошла неделя-две, остыли немного. Надеюсь, что после того, как прочтут закон о зарплате, поймут лучше, откуда берутся деньги и что это не означает взрыв бюджета.

Фонд заработной платы в 2018 году к 2017 году вырос благодаря тому, что выросли экономика, поступления в бюджет и у нас появилась возможность больше выделить на зарплату. Точно так же и в 2019 году - у нас прогноз макроэкономических индикаторов показывает, что будет рост экономики. Соответственно, будет на 2,5 миллиарда больше поступлений в бюджет и мы сможем еще повысить фонд зарплаты.

- Тот рост экономики, который у нас есть, нормальный для развитых стран, а для развивающихся — не такой уж и высокий. При этом он все равно позволяет обеспечить рост фонда зарплаты?

- Давайте так. У нас в первом полугодии было 5,2% роста экономики. Действительно, в высокоразвитых странах при таком росте они бы сказали, что экономика перегревается. А для стран, которые только развиваются, это чуть больше среднего. Но тут важно посмотреть и на качество этого роста. Да, у нас большая часть основывается на потреблении, на деньгах, которые поступают, но если посмотрите на стурктуру роста за первое полугодие, то увидите, что там есть и хорошая доля добавленной стоимости, инвестиций.

Кроме того, давайте возьмем статистику доходов национального бюджета. В 2017-м к 2016 году рост на 16-17%, в 2018 - примерно такой же. Мы получаем 3-3,5 миллиарда леев дополнительно в этом году по сравнению с прошлым в результате экономического роста, повышения эффективности налогового администрирования. Мы же не можем отрицать роста экспорта на 2 миллиара - это статистика. Импорт растет на 3-4 миллиарда в год, а мы же это облагаем НДС, акцизами - это все доходы. Этим объясняется, откуда берутся дополнительные средства.

Доходов будет меньше, но недолго

- 1 октября вступила в силу «малая налоговая реформа». Есть опасения, что из-за нее снизятся доходы бюджета?

- Любая реформа вызывает опасения. Мы снизили ставку отчислений в соцфонд для работодателей с 23 до 18%. Тем самым, теоретически и математически, будет меньше доходов. Но если бы мы ничего не изменили, то в 2022 году собственные доходы соцфонда уже были бы меньше, чем трансферы из госбюджета. Так показывает динамика. То есть, если бы ничего не делали, был бы крах, коллапс. Нам надо было что-то делать. Ни для кого не секрет, что большая часть зарплаты платится неофициально. Чтобы придать стимул тому, чтобы экономика вышла из тени, нужны были меры, и мы их приняли.

Да, действительно, в октяб­ре у нас возможно какое-то выпадание. Может, даже в декабре и в январе. Но я уверен, что к марту уже все нивелируется и будет повышение. Почему мы начали эту реформу в октябре? Потому что у нас доходы в 2018 году, особенно по соцфонду, превышают 2017 год на 17-18%. Это хороший показатель, который создал нам подушку безопасности на тот период 4-5 месяцев, в течение которых мы ощутим выпадание, у нас будет возможность его компенсировать. Другой такой удобный момент сложно найти.

- Вы рассчитываете, что многие выйдут из тени?

- Не сразу и не все. По различным оценкам, объем теневой экономики у нас составляет 40-50%. Если мы этими мерами выведем из тени хотя бы 10-15%, у нас налоговая база сразу увеличится на 15-17 миллиардов леев. Поверьте, что выход из тени 10-20% из всего объема теневой экономики реально за год-два.

- Как вы считаете, повышение зарплаты сможет остановить людей, которые уезжают из страны?

- Мы, конечно, понимаем, что это не единственный фактор, который лежит в основе решение уехать или остаться, но это существенный фактор. Понятно, что нужен комп­лекс мер. Но чтобы добиться чего-то большого, надо с чего-то начинать.

Фрагмент интервью с генеральным государственным секретарем Министерства финансов Ионом Кику.

Подпишитесь на новости:
 
Читайте также