2019-01-20T07:31:11+03:00

Как в Храме Христа Спасителя в Москве «молдавский след» нашли

Корреспондент «КП» побеседовала с Константином Константиновым, одним из самых известных современных скульпторов
Поделиться:
Комментарии: comments5
На храме Христа Спасителя установлены работы нашего мастераНа храме Христа Спасителя установлены работы нашего мастера
Изменить размер текста:

Недавно в Выставочном центре им. К. Брынкуша прошла персональная выставка известного художника, скульп­тора, заслуженного деятеля искусств Молдовы Константина Константинова, посвященная 75-летию мастера. Экспозиция включала в себя более 150 работ – художественные полотна и скульптурные произведения. Отвечая на вопросы журналиста, Константин Константинович провел своеобразную экскурсию по залу.

Скульптор Константин Константинов

Скульптор Константин Константинов

«Поэма о снеге»

- Практически на всех представленных здесь полотнах – пейзажи. Это ваш любимый жанр?

- Да, выставка знакомит с самыми дорогими моему сердцу уголками России, Молдовы, Украины. У меня две родины: детство, отрочество прошли в Кишиневе. Здесь окончил Республиканское художественное училище им. И. Репина, а потом уехал в Москву, в Высшее художественно-промышленное училище, бывшее «Строгановское». И вот уже полвека живу в России.

Почему – пейзажи? Я много езжу, вижу удивительные места. Этой красотой и стараюсь делиться. Вот – золотая молдавская осень, наши волшебные холмы, Старый Орхей. А вот – лазурный свет березовой рощи в Подмосковье… Что может быть красивее? Передавая зрителю свои эмоции, энергетику, я призываю его беречь родную землю, природу.

Мне безмерно дорога «героиня» целой серии моих работ – крохотная речушка Лужа под Малоярославцем. В тех местах, как известно, Наполеон проиграл крупное сражение, произошедшее после отступления французов из Москвы. По преданию, стоя на берегу этой речки, Наполеон в сердцах воскликнул: «Такие потери на берегу какой-то Лужи!» Вы видите на моих полотнах эту речку и в летний зной, и сквозь буйство февральской метели. Места живописные, родные…

В соавторстве с солнцем

- Среди представленной на выставке станковой скульптуры особо выделяется композиция «Неразлучные», посвященная вашим родителям, народным артистам Молдовы Константину Константинову и Екатерине Казимировой, основателям национального драматического театра. Работа очень живая, теплая…

- Знаете, нет дня, чтобы я не думал о них. Скоро мне 76 лет, но иногда так хочется прижаться к маме… Родители больше 60 лет прожили в любви и согласии. Буквально каждый день папа дарил маме цветы – хоть простой одуванчик, хоть подсолнух с поля. Поэтому и здесь мама держит букет. Рядом, у ног, - песик. У нас всегда жила собачка-колокольчик, сообщавшая о приходе гостей. И мать и отец были депутатами Верховного Совета республики, поэтому за помощью к ним шли разные люди. Гостили у нас и друзья родителей, известные артисты: Евгений Матвеев, Зоя Федорова, Валентина Серова, Алексей Баталов…

- А эта скульптура Дмитрия Кантемира – уменьшенная точная копия памятника, установленного в музее-заповеднике «Царицыно»?

- Да, для участия в конкурсе на изготовление памятника этой исторической личности я подготовил эскизы, где Дмитрий Кантемир был рядом с Петром I, с сыном Антиохом. Много читал об этой уникальной личности. В итоге победил именно такой проект – одиночная бронзовая фигура высотой 3 м 80 см.

- Насколько значимой для вас, верующего человека, была работа по воссозданию двух скульптур на храме Христа Спасителя?

- Она стала особой страницей в моей творческой биографии. Изготовленные скульптуры св. княгини Ольги, первой из русских правителей принявшей христианскую веру, и ее внука, св. князя Владимира, крестившего Древнюю Русь, установлены на северном фасаде храма. Причем восстановить фигуру князя нужно было по изображению на любительской фотографии плохого качества. Я спрашивал у священника: что у князя под ногами? На снимке предмет был виден не отчетливо. Интуиция подсказала положить у его ног Ярило – языческого бога солнца. В появившихся позднее документах моя догадка получила подтверждение: в руках святителя русской земли был крест, а у ног – солнце.

- Несколько ваших выставочных работ посвящены Пушкину. Мне особенно понравилась скульптурная композиция, где молодой Александр Сергеевич сидит рядом с баснописцем Крыловым. Иван Андреевич здесь – благодушный толстяк, эдакий дедушка Крылов. Я читала о том, что Пушкин ловил каждое его слово, записывая рассказы о пугачевщине. И у вас эти два человека – как единое целое…

- Этот памятник установлен в городе Пушкино Московской области. Очень жаль, что в Кишиневе имена великих писателей, таких как Николай Васильевич Гоголь, исчезают с карты города. В России на эти имена не посягают, в Пушкино одна из улиц носит имя Крылова, поэтому памятник органично «врос» в городскую среду, тут же стал «своим».

- Невероятно эпичен ваш грандиозный монумент, посвященный воинам-афганцам. Даже представленная здесь его небольшая копия наполнена трагедией, олицетворяет духовный тектонический разлом, что влечет за собой всякая война.

- Этот памятник посвящен 26 жителям Воскресенска, не вернувшимся из Афганистана. Честно говоря, я не мог и мечтать, что моим соавтором вдруг станет солнце! Дело в том, что изображенный тут некий раскол, взрыв напоминает латинскую букву «v». Она же – символ виктории, победы. Когда памятник был установлен, оказалось, что падающие на полированную бронзу лучи солнца в центре этой буквы горят, словно вечный огонь. Причем в течение дня «огонь» не гаснет, отражаясь сначала от одной грани памятника, а затем – от другой.

- Вы счастливый художник: закодированная в ваших работах система символов, их смелая, яркая метафоричность не отталкивают, «не перегружают» зрителя. Я наблюдала, как увлеченно разглядывают люди такие «истории в бронзе», как «Беременная на черепахе», «Демократия». И немуд­реная, казалось бы, фигура узбека, продающего дыни, так полна жизни - кажется, ощущаешь их аромат, сознаешь бремя этого богатого урожая, бремя лет, давящих на плечи старика…

Константин Константинович, но почему вы так редко привозите в Кишинев свои выставки? В Москве вы – участник многих вернисажей, проходят и персональные выставки. А в Молдову, с которой вас так много связывает, последний раз вы приво­зили свои работы лет 15 назад.

- Да, в 2005 году была выставка, приуроченная к 90-летию отца… Знаете, наверное, я не вписываюсь в какие-то кишиневские реалии, настроения. В июле прошлого года на церемонии открытия изготовленной мною мемориальной доски, установленной на доме, где жили мои родители – по ул. Щусева, 71, не было представителей ни от примэрии, ни от Министерства образования, культуры и исследований. Никто не пришел от министерства и на открытие нынешней выставки. Думаю, это вполне красноречивые факты. Очень жаль, что в зимние дни, совпавшие со школьными каникулами, выставочный центр вообще пустовал, хотя в этом же большом зале была развернута экспозиция известного художника Георге Злобина. Я убежден, что в наше слишком рациональное, агрессивное время особенно важно прививать детям любовь к искусству. Посмотрите, на этих полотнах так много замечательных уголков Молдовы, России! Почему же не помочь молодежи оторваться от гаджетов и «вспомнить», как прекрасен мир, как удивительна живая природа?

Скульптура родителей "Неразлучные"

Скульптура родителей "Неразлучные"

Ангел без пристанища

- Расскажите, пожалуйста, о щед­рых подарках, которые вы сделали на закрытии выставки.

- Дому-музею А.С. Пушкина я подарил большой бюст поэта, а представителям старообрядческой общины кишиневского храма Покрова Пресвятой Богородицы – бюст протопопа Аввакума, одну из последних моих работ.

- У вас всегда была очень дружная творческая семья. Теперь вы с сестрой Элеонорой Константиновой, известным режиссером-постановщиком Национального театра оперы и балета им. Марии Биешу, бережно храните память о родителях. А какие воспоминания детства вам особенно дороги?

- Я очень любил рисовать, но в послевоенные годы о красках, кистях мог только мечтать. Году в 48-м мы с отцом проходили мимо дома, где жил Щусев – он был практически нашим соседом. Алексей Викторович был уже старенький, с приятным, благородным лицом. Он пригласил нас на чай, показал макет Кишинева, спросил, кем я хочу стать. Узнав, что люблю рисовать, Щусев подарил мне карандаши «Спартак» и пачку бумаги – настоящее богатство по тем временам! А через несколько лет мы с отцом зашли в мастерскую великого скульп­тора Лазаря Дубиновского. Он дал мне кусок глины, из которого я не без труда вылепил бюстик Ленина. Дубиновский похвалил: «Из тебя будет толк». С его легкой руки я и стал скульптором…

Подпишитесь на новости:
 
Читайте также