2019-09-11T14:36:17+03:00

Жители поселка в Коми решили возродить немецкое кладбище

На погосте нашли последний приют спецпоселенцы 40-х годов
Поделиться:
Комментарии: comments3
Проводником «КП-Коми» по Трехозерке выступила заведующая местной библиотекой Ирина Нестерова.Проводником «КП-Коми» по Трехозерке выступила заведующая местной библиотекой Ирина Нестерова.
Изменить размер текста:

В прошлом веке Коми стала печальным краем, куда из разных уголков страны отправляли спецпоселенцев. Целые семьи не по своей воле покидали родные места и отправлялись в чужие земли. Среди самых многочисленных групп, кого навечно высылали в Коми, были немцы.

Их переселение в Коми АССР началось в конце 1944 года. Тогда советские немцы, угнанные в Германию или оказавшиеся на оккупированной территории, после освобождения нашей армией не вернулись в свои дома, а, напротив, были высланы на север. В Коми их расселили в 171 населенный пункт. Одним из таких мест для немцев-репатриантов стал поселок Трехозерка. И хотя многие из выживших в те годы спецпоселенцев уехали в Германию, в сыктывкарском поселке старожилы до сих пор помнят о них. И в память о тех, кто поневоле стал частью истории Коми края, решили возродить старое немецкое кладбище.

Сплавляли лес и делали шпалы

Проводником «КП-Коми» по Трехозерке выступила заведующая местной библиотекой Ирина Нестерова. До самого поселка из столицы Коми мы добрались на катере, затем нас ждали 10 минут на машине по ухабистой дороге и извилистая лесная тропа. В пути Ирина поведала нам историю образования поселка. Годом основания поселка считается 1941-й. Тогда здесь построили запань, которая служила местом хранения и сортировки леса, а затем шпалозавод «Вычегдалесосплава». Здесь с самого начала трудились сыктывкарцы, но после войны в 1945-46-ом годах в поселок привезли немцев, которые и стали главной рабочей силой.

Сейчас на небольшом участке находятся 48 могил, часть из них безымянные, на остальных написаны немецкие фамилии. Фото: Ольга СОЛОВЕЙ

Сейчас на небольшом участке находятся 48 могил, часть из них безымянные, на остальных написаны немецкие фамилии.Фото: Ольга СОЛОВЕЙ

– Переселенец Евгений Феттер записал и передал в библиотеку воспоминания о тех годах. Они сейчас хранятся в нашей библиотеке. Он писал, что трудоспособных сразу определили на лесосплав и шпалозавод, а местных назначили руководителями, – рассказывает Ирина Нестерова. – Приезжим жилось тяжело. Выдавали продовольственные карточки. Рабочим на день полагалось 600 граммов хлеба, детям 300, а иждивенцам 200. Феттер пишет, что тогда они впервые поняли, что это такое, когда не хватает хлеба.

Специально для переселенцев построили семь деревянных бараков, в каждом из которых проживало несколько семей. Внутри здания разделялись перегородками на несколько комнат. В таких же бараках располагались пекарня, медпункт, небольшая электростанция, конюшня, кузница, баня.

До этого года кладбище было заброшено, но благодаря библиотекарю все изменилось. Фото: Ольга СОЛОВЕЙ

До этого года кладбище было заброшено, но благодаря библиотекарю все изменилось.Фото: Ольга СОЛОВЕЙ

Заброшено, но не забыто

Немецкое кладбище появилось здесь в 40-х годах, недалеко от тех самых бараков. Сейчас на небольшом участке находятся 48 могил, часть из них безымянные, на остальных написаны немецкие фамилии. Но Ирина Нестерова отмечает, что среди похороненных есть несколько выходцев из Украины. До этого года кладбище было заброшено, но благодаря библиотекарю все изменилось.

На некоторых крестах все еще можно прочитать именные таблички, оставшиеся с 40-х годов. Фото: Ольга СОЛОВЕЙ

На некоторых крестах все еще можно прочитать именные таблички, оставшиеся с 40-х годов.Фото: Ольга СОЛОВЕЙ

– Зимой я собрала местных жителей в библиотеке, и мы вместе читали воспоминания Евгения Феттера, который жил в Трехозерке, и книгу нашего земляка Романа Шульца «Перелетные птицы», в которой он пишет о трудностях судеб спецпереселенцев. Нас взволновали эти рассказы, и мы вспомнили про старое немецкое кладбища. Посовещавшись, решили летом провести на нем субботник, – вспоминает Ирина Нестерова.

Местные жители летом вышли на субботник. Фото:Ирины Нестеровой.

Местные жители летом вышли на субботник. Фото:Ирины Нестеровой.

На некоторых крестах все еще можно прочитать именные таблички, оставшиеся с 40-х годов. На редких могилах сохранились черно-белые фотографии. На одном из памятников остались следы от пуль. Как пояснила Ирина Нестерова, некоторые местные жители не слишком жаловали переселенцев и, видимо, кто-то однажды стрелял по могильным памятникам. Наш экскурсовод отмечает, что до этого лета небольшой участок, на котором расположено немецкое кладбище, был заброшенный и непроходимый. Ведь родственники похороненных здесь людей умерли или уехали в Германию.

– Этот погост – память об основателях нашего поселка. Да, тогда были тяжелые и горькие времена, но забывать о них нельзя, – подчеркивает Ирина Нестерова. – Теперь мы хотим установить здесь официальную памятную табличку, чтобы все знали – здесь похоронены спецпереселенцы и первые жители Трехозерки.

Воспоминания Евгения Феттера.

Записаны им самим и хранятся в библиотеке Трехозерки. Приехал в Сыктывкар в 1946 году. До войны семья жила в поселении Кандель Одесского района. Уехал в Германию в 90-х. На кладбище в Трехозерке покоится его бабушка Мария Феттер.

Могила Марии Феттер. Фото: Ольга СОЛОВЕЙ

Могила Марии Феттер.Фото: Ольга СОЛОВЕЙ

«Наш барачный поселок в Трехозерке, построенный из горбыля и опилок, был назван одним из работников МВД «Шанхаем». Немцам, украинцам, латышам нужно было у него отмечаться. Он должен был убедиться, что ты еще жив и никуда не убежал. По достижению совершеннолетия нужно было подписать бумагу, что ты никогда не будешь претендовать на то имущество, что оставил на родине в поселке Кандель Одесского района. Даже поселиться там ты не имеешь права».

Воспоминания Милиты Генрихс.

Записаны ее дочерью. Милита приехала в Трехозерку в 1945 году. До войны ее семья жила в селе Варваровка Запорожской области. Сейчас живет в Сыктывкаре. На кладбище захоронены ее отец Генрих и брат Петр.

В свое время Генрих Хенрихс не хотел уезжать из родного села. Фото: Ольга СОЛОВЕЙ

В свое время Генрих Хенрихс не хотел уезжать из родного села.Фото: Ольга СОЛОВЕЙ

«В 1943 году, отступая, немецкие солдаты насильно взяли нашу семью с собой. Папа не хотел выезжать из Варваровки. Но нас вывели всех из дома, выстроили в ряд и сказали, если мы не поедем, то нас расстреляют и начнут с самой маленькой, с меня. И мама встала на колени перед отцом и стала умоляюще просить отца, чтобы поехали. Мы погрузились на подводу и поехали. Сначала остановились в Польше, потом нас привезли в Германию. Село, где мы остановились, сначала заняли американцы, а когда они ушли - русские солдаты. Они сказали, что нас снова отвезут домой. Папа обрадовался – он очень хотел домой, в Россию. Но один из русских солдат сказал, что не домой, а в Сибирь. Так нас забрали и в скотских вагонах повезли в Россию».

На некоторых памятниках есть следы от пуль. Фото: Ольга СОЛОВЕЙ

На некоторых памятниках есть следы от пуль.Фото: Ольга СОЛОВЕЙ

Только цифры

Советских немцев-репатриантов, привезенных в Коми, расселили в Сыктывкаре и близлежащих поселках. Многие из них работали на предприятиях Сыктывкара – «Стройтрест», кирпичный завод, лесозавод, шпалозавод, центральные мастерские, Трехозерка, Затон сплав, Седкыркещ, Максаковка, Затон «Красный водник», предприятия Промсоюза. Основная масса трудоспособных спецпоселенецев была занята на лесоповале. Из 6392 трудоспособных немцев в 1946 году там трудилось 5496 человек. В 1945-1949 годах в немецких спецпоселках родилось 484, а умерло 1680 человек. Смертность превышала рождаемость в 3,47 раза. Особенно высокой была смертность в 1947 году, когда родилось 24, а умерло 735 человека. Из спецпоселков немцев многие пытались бежать и порой успешно. Так, за 5 лет с мест поселений сбежало 580 человек. Больше всего побегов было совершено в 1947 году (289 человек) и 1948 году (167 человек).

*По данным альманаха социальных исследований «Рубеж» на основе архивов МВД РК.

– Этот погост - память об основателях нашего поселка. Да, тогда были тяжелые и горькие времена, но забывать о них нельзя, – подчеркивает Ирина Нестерова. Фото: Ольга СОЛОВЕЙ

– Этот погост - память об основателях нашего поселка. Да, тогда были тяжелые и горькие времена, но забывать о них нельзя, – подчеркивает Ирина Нестерова.Фото: Ольга СОЛОВЕЙ

Какие группы переселенцев были в Коми

40,7 тысяч человек - 1930-1931 гг. «Кулацкая ссылка» (раскулаченные)

19,8 тысяч человек - 1940-1941 гг. Депортация граждан Польши (осадники и евреи-беженцы)

12,9 тысяч человек - 1944-1945 гг. Немцы-репатрианты

9,8 тысяч человек - 1945-1946 гг. «Власовцы»

5,5 тысяч человек - 1944-1945 гг. Члены семей Организации украинских националистов

1,2 тысяч человек - 1945 гг. Литовцы

На некоторых - фотографии. Фото: Ольга СОЛОВЕЙ

На некоторых - фотографии.Фото: Ольга СОЛОВЕЙ

Есть и детские могилы. Фото: Ольга СОЛОВЕЙ

Есть и детские могилы.Фото: Ольга СОЛОВЕЙ

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Ты уйдешь, а я не буду спать неделю»: как немцы собирали воспоминания о репрессиях в Коми

В этом году исполняется 15 лет с тех пор, как состоялся первый полевой выезд (подробности)

Жительница Коми нашла отца-фронтовика через 70 лет

Могила пропавшего в 1943 году рядового Ильи Потапова из села Додзь обнаружилась в соседнем регионе (подробности)

Подпишитесь на новости:
 
Читайте также