2020-02-11T18:16:38+03:00

Пожарный из Кишинева: если бы дом был в огне, ринулись бы в огонь, нарушая все правила, без «рукавов» и воды, там же дети!

Дмитрий Польщин рассказал только об одной ночной смене столичных пожарных, которая добавила каждому из них пару новых седых волос на голове
Дмитрий ПОЛЬЩИН
Поделиться:
Комментарии: comments1
Очень трудная и опасная работа! (Фото: соцсети).Очень трудная и опасная работа! (Фото: соцсети).
Изменить размер текста:

Кишиневский пожарный Дмитрий Польщин на своей страничке в ФБ рассказал об одной всего ночной смене - своей и своих коллег. Публикем его пост практически без сокращений.

Пять утра — самое непонятное время на излете «собачьей вахты». Вроде бы уже скоро вставать, но сон сейчас самый крепкий. А все потому, что на дежурстве, из-за ночных постов у фасада и в «телефонке», времени на сон не очень много. Но и «сном» наш сон язык не повернется назвать — просыпаешься от каждого шороха и при каждой смене постовых.

Так было и этим утром: почти все моментально проснулись, услышав телефонный звонок в пункте связи, который находится в другой части бокса. Каждый из нас понимает, что в 5 утра нам звонят не для того, чтобы дать сводку о количестве людей в больницах и отелях. Поэтому мы, шатаясь, в полудреме бежим к стеллажам с боевой одеждой. Секунд через пять по части разносится сигнал тревоги, и Лилиан, которому выпало дежурить на посту приема сообщений, кричит через окошко, выходящее в бокс:

— Пацаны, быстрее! Горит дом. В доме двое маленьких детей. Адрес — ...

Так, понятно, это на Скиносах. Значит, нам лететь через два района в самый конец карты города. Хлопцы, по коням!

Мчим. Дороги слегка припорошило снегом, а местами асфальт коварно блестит тонкой коркой льда. Водитель Витя знает, что только от него зависит, насколько быстро мы прибудем к месту, и гонит все лошадиные силы 24-тонного MAN-a по ночным улицам города. Он знает свое дело, и каждый раз, когда MAN тяжело кренится на поворотах, становится страшно. И страшно не от того, что мы сейчас «кувыркнемся», а от того, что мы не доедем и не поможем. В такие моменты в салоне иногда слышится: «Шшшш, потише, Витек! Нам обязательно нужно туда добраться! Полегче!». Вите сейчас труднее всех — ускользающее время играет против нас. Тимур сверяет маршрут по электронной карте, чтобы выбрать самый быстрый путь. Он, как штурман в гоночном болиде на чемпионате по ралли, подсказывает: «Направо. На перекрестке — налево. Топи прямо».

К счастью, иногда вызовы бывают несерьезными (Фото: соцсети).

К счастью, иногда вызовы бывают несерьезными (Фото: соцсети).

А в отсеке пожарных мы нервно накидываем аппараты, чтобы сразу по прибытию быть готовыми броситься в огонь. Между нами сидит «молодой» — Андриан. Он только заканчивает учебный центр и проходит практику. Трудно представить, что сейчас у него творится в голове. Тимур на этой смене начальник караула, а я — командир отделения. Это значит, что мне вести парней в огонь и, что хуже всего, — спасать детей. Если понадобится...

На мне вся ответственность за принятые там, в огне, решения. В парнях я уверен на все сто. И хотя они проверены временем, огнем и дымом, за них я тоже в ответе. У одного — дети, а у другого скоро свадьба. Этих пацанов точно ждут дома. Кэлин и Эрик уже набросили аппараты и так же с тревогой глядят вперед, крепко цепляясь за поручни на поворотах. Я прокручиваю в голове все варианты разведки, которые могут понадобиться в бою. Адреналин и страх привычно сказываются дрожью в руках. Я буквально чувствую, как часы моей жизни стремительно сокращаются, словно на экране секундомера. Только в обратном порядке.

«Давай! Давай!», — шепчу в своей голове. Почти приехали, еще немного. Впереди возникает экипаж полиции, который также летит туда. Где-то недалеко должен быть и экипаж скорой, но их света проблесковых маячков пока не видно. Не видно и зарева от пожара! И ты начинаешь успокаивать себя: «Нормально. Нормально. Значит, есть шанс!».

Есть! На месте! И в этот же момент диспетчер сообщает: «Все нормально, ребята! Хозяин смог сам потушить!». Фух! Ну, слава Богу... Слава тебе, Господи! И вдогонку благодарности Всевышнему несется неконтролируемая брань.

Но нам все равно надо проверить. Хозяин встречает, лезем на чердак. Все отлично: сгорела всего пара десятков квадратных сантиметров балки на чердаке. Хозяин дома улыбается: «Хорошо, что жена спит чутко. Это она услышала треск на крыше». Улыбается хозяин, улыбаемся мы. Повезло, да, не то слово.

Спускаемся с чердака, проходим мимо молодой матери. Она прижимает к груди малыша. Ребенок, удивленно округлив глазки, смотрит на нас, как на космонавтов. Мы улыбаемся ему.

Пожарные, не задумываясь, ринутся в огонь, чтобы спасти человеческие жизни! (Фото: соцсети).

Пожарные, не задумываясь, ринутся в огонь, чтобы спасти человеческие жизни! (Фото: соцсети).

Выходим на улицу. Встревоженный водитель спрашивает, нужна ли вода. Уже на месте и врачи «скорой». «Все хорошо, отбой, ребята».

— Ты прости, Витек, что одергиваю тебя в пути. Ты-то машину чувствуешь, а нам там сзади тревожно.

— Да не, — улыбается Витя. — Я все понимаю: два глаза — хорошо, но 8 лучше.

Когда мы вернулись в часть, Витек, пока мы скидывали боевую одежду, спросил:

— Димон, а если бы весь дом был в огне?

Без сомнения отвечаю:

— Ринулись бы в огонь, нарушая все правила. Без «рукавов» и воды. А вы бы нам за это время подготовили линии, ведь каждая секунда на счету. В полностью горящем здании нам относительно легко перенести те сотни градусов «сухого» жара… К тому же и видимость отличная. Да, это опасно. Да, это осознанный риск. Но если подать воду — видимость моментально упадет в ноль, гнусный пар будет проникать в любую миллиметровую щель и станет нестерпимо больно.

— Даа, — протянул Витька. — А там ведь дети…

А потом, помолчав, добавил:

— Это был бы еще один пожар из тех, что навсегда остаются в нашей памяти.

Я кивнул:

— Да, это точно, все отлично. Лишь только пара новых седых волос на голове...

Подпишитесь на новости:
 
Читайте также