2015-02-04T03:41:22+03:00

Крушение барьеров

Старый Свет - новые веяния Биографии современных избранниц Европы не так драматичны и насыщены событиями, но от того не менее феноменальны. На какое-то время всех затмила железная Тэтчер, чьей хватке позавидовал бы любой мачо. Однако было бы странно, если бы женщин-политиков благодушная Европа ценила только за мускулы. Маргарет Тэтчер пробыла на своем посту рекордный для Великобритании срок - 11 лет. Но в те же самые годы президентом другого легендарного острова - Исландии - была Вигдис Финнбогадоттир, которая никогда ни с кем не ссорилась, не посылала армады на Фолкленды, не усмиряла горняков и профсоюзы. Может быть, поэтому она пробыла на своем посту 4 срока по 4 года и продолжала свою вахту, когда время Тэтчер становилась уже историей. «Одна на капитанской вахте» - назвала она книгу, написанную в середине своего президентства. Вигдис ни дня не состояла ни в одной партии и в кресло президента страны пересела из кресла директора Национального театра, что в Рейкьявике. И нет ничего удивительного в том, что председателем исландского парламента в те же годы стала детская писательница Гудрун Хельгадоттир. На самом севере Европы это теперь в порядке вещей. Нынешний президент Финляндии Тарья Халонен не так давно предложила провести всемирную лотерею в пользу бедных. Будь она мужчиной, ей бы несдобровать, только ленивый не говорил бы о дешевом популизме. Но инициативу Халонен мир заметил, лотерею провели и собрали некие средства. Раз старые механизмы решения этой проблемы не работают, надо искать и находить новые, разъяснила она. Халонен действовала искренне и, как выяснилось, вполне логично, не оставляя места для ухмылок. В самом деле, чем плоха лотерея, если она может помочь. Здравый смысл и естественная человечность - это то, что хотят видеть финны в своей власти. И это то, что они видят в своем президенте-женщине. Наступит ли в России вновь «женский век»? Но у России, разумеется, особый путь. Женским веком был у нас XVIII век, который хоть и начинался Петром Великим, закончился Великой же Екатериной. Екатерина I, наследовавшая империю после Петра, не успела развернуться, зато занявшая престол в 1730 году Анна Иоанновна развернулась вовсю. Не успел Верховный тайный совет, позвавший ее на трон, потереть руки, как императрица разогнала всю эту тайную рать, учредив взамен кабинет министров. Основала она и первый кадетский корпус, а также дала первые вольности дворянам, ограничив срок их службы четвертью века. Издала она также и манифест о чистоте православной веры, повелев сжигать колдунов и казнить за богохульство. И хоть время прозвали бироновщиной, немец Бирон так и не смог вкусить полноты власти: объявив себя после кончины царицы регентом при младенце Иване Антоновиче, он в считаные дни был свергнут в пользу беспечной Анны Леопольдовны, которую вскоре сменила Елизавета Петровна, полностью закрывшая мужскую тему на два десятка лет. Мужчинам, пытавшимся сменить женщин на русском троне, в том веке решительно не везло. Петра III свергли через полгода, а немного погодя отправили в мир иной самым неучтивым образом. Император Павел, с таким нетерпением ожидавший конца эпохи своей матери Екатерины II, оказался более вздорен и капризен, чем все русские царицы вместе взятые. Мужчины, поотвыкшие за время матриархата от столь взбалмошных самодержцев, терпели четыре года. После чего вошли однажды ночью в покои Михайловского замка... Через пару дней новый император Александр пообещал, что все теперь снова будет, как при бабушке. Но так больше не было. И в последующие двести лет мужеский пол твердо держал оборону. При советской власти женский предел был обозначен в лице Фурцевой, в постсоветской России границы раздвинулись. Появились женщины с реальными министерскими портфелями, появились женщины-вице-спикеры (в том числе хорошо знакомая питерцам Ирина Хакамада), впервые нашлось место женщине - Валентине Матвиенко - и среди российских вице-премьеров. Но еще недавно было очевидно: вице - это граница. Дальше проход только для мужчин, куда ни тронься. И соседи нам не указ. Уникальность питерской ситуации в том, что впервые на памяти поколений этот барьер может рухнуть. Питер прикидывает и вычисляет. С одной стороны, двести прошлых лет, с другой - четыре будущих года. Двести лет врозь - и четыре года вместе? Андрей Тургинов. Рис. Виктора БОГОРАДА.

Подпишитесь на новости: